Главная
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант)
в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации
от 29.03.2013 г. №115-рп.

Виктория Чембарцева

г. Кишинев (Молдова)

ИЗ ЦИКЛА «ПИСЬМА В СЕЗОН БЕЗВЕТРИЯ»


БАЛКАНИКА

Изменение положения в пространстве
меняет наклон письма.
Небесная вязь 7 аята 93 суры*,
записанного по памяти на внутренней стороне запястья,
переходит в угловатую плоскость
кириллицы.

Я снова пишу тебе…

I
Балканские города
в полуденном безветрии
сухи, как крылья мёртвой бабочки,
съеденной дымчатой кошкой
с глазами, похожими на
матовые, излучающие вкус солнца
виноградины, купленные вечером у вчерашней торговки.
Море, бьющее берег наотмашь –
нефритовый отголосок Анхора.
Город, врастая вглубь византийскими корнями,
носит отпечаток греческого имени на лицах.

Рифмуются ли люди так же,
как строки написанных
о них стихотворений?

II
Тугой звон полуденной осы рождён полумраком
галереи Василидиса.
Две сестры-понтийки
пьют густой кофе, отливающий ночным небом.
Их зубы белее
фарфоровой кромки китайских чашек.
Их голос и возраст –
лоза виноградников с киликийских холмов.
Сегодня под пение уставшей от повторов Харулы,
ровно за 7 с половиной минут до закрытия лавки,
девушка в красном
купит сделанные из перламутра
запонки ручной работы,
которые так и не будут подарены
молодому человеку с длинными
аристократическими пальцами..

Изменяя себе – изменяешь себя?

..коробочка с запонками
выпадет из сумочки в море,
когда девушка в красном облокотится о перила у причала,
в тот самый момент,
когда
у супруги молодого человека
с длинными аристократическими пальцами
случится первый выкидыш..

Рифмуются ли супруги так же,
как рифмуются любовники?

..но это случится вечером.

III
Всё в мире встречается
для того,
чтобы расстаться и встретиться вновь.

А пока одна из сестёр, сдобная и бездонная,
стараясь не уронить
ни капли с мельхиоровой ложечки
лакомится ароматом прозрачного гюльбешекер.
Она добавляет звука
в транзисторе, вопрошающем
сквозь насекомый треск эфирных волн:
«Тэос ан инэ»,
голосом Харрис Алексиу.
Вторая же, тонкая и горчащая,
носит на кончиках ресниц имя Клото.
Позвякивая на греческом острыми серебряными
концами спиц,
она наматывает на палец нити
и прячет поглубже за пазуху
свисающее вывязанное полотно.
Это именно она поднимет на меня
свои глаза
цвета поздних фиалок.
И я вдруг пойму,
что за три квартала отсюда
на третьем этаже деревянного дома,
затерянного в пестроте улицы,
в смешении полумрака
с 1/3 солнечной пыльцы
и отходящего от стены уголка обоев,
на комоде, пахнущем
настоящим деревом и затхлым прошлым,
неслучайна пожелтевшая картонка
со штампом трапезундского фотоателье.

IV
На ней
по одну сторону от молодожёнов,
локоть в локоть с пожилым прадедом сестёр-галерейщиц,
стоит твоя пра,
по другую же сторону,
случайно зацепившись за уголок невестиной фаты
шпилькой
и оттого близко прислонив юное лицо
к лицу новобрачной,
стоит моя смеющаяся пра пра
и не знает, что в лоне
её зрачков,
за три поколения до
ещё неродившихся двоих девочек
и одного горбоносого мальчишки,
уже хранится предощущение
меня.

Рифмуется ли кровь с кровью?

А любовь с любовью?

Моя монгольская
несёт в своём русле толику византийской,
только для того, чтобы
рифмоваться с твоей?..

Любовное кровосмешение.
Кровная любовь.

Я снова пишу тебе.

Маслянистый запах Болгарской Розы –
на самом деле всего лишь
послевкусие Rosa Damascus,
грань,
за которой ложь теряет способность самооправдания.


* Аят 7, Сура 93 Корана – «И нашел тебя заблудшим - и направил на путь?» (пер. Крачковского)


КРЕСТОВОЗДВИЖЕНИЕ

Недолговечная вычурность пластиковой
архитектуры в романском стиле
делит бульвар
крест накрест
на то, что было до
и другие ноты.
Дерево
сросшимися стволами
похоже на длинные раскинутые
женские ноги,
упирающиеся в небо шелестом.
Три кошки –
серая, чёрная и рыжая –
сквозь плотно сомкнутые веки
видят один общий сон
в сепии
тёплых разреженных
лучей уходящего лета.
Рассыпанные листья,
распадающиеся листы
календаря,
поливальная машина и
сборщики мусора
на краю тротуара.
«У меня не было
ни одного романа со студенткой» -
затягивается новой
университетский профессор.
Сожаления в надежде,
начало семестра.

Я покупаю букет
жёлто-белых алистромерий
и настырная бабочка
садится опадает садится опадает садится
на краешек моих солнечных очков.

Я пишу тебе, как
тронутый охрой кленовый лист
перелистывается воздухом
ровно трижды,
прежде чем с замирающим
вздохом
коснуться
асфальта осени..

..и каждый из нас
продолжает движение
только к своей Голгофе.

(в День Воздвижения Креста,
Кишинёв,
твоя_я)


РАЗДЕЛЁННОСТЬ

чайки нашего отчаяния
в точке окончания
так и неначавшегося –
птица с подбитым крылом
безветрие
золотистая округлость сентября
тени бледнеющего солнца

на восходе и закате
восхождение к
и падение в
пустоту
восхождение и падение
восхождение
и падение качнувшегося неба

нёбо
запоминающее
терпко-солоноватую влагу
смуглой впадинки обветренной ключицы
в перемежающихся бликах
звуках
остывающего моря

расставались
и возвращались
возвращались
и любили
л
ю
б
и
л
и
невесомо
невыносимо
настойчиво
нежно

расстояние равное вдоху –
разделённость равная непостижимости
молчание глубиною в приступ задушенного крика
с привкусом головной боли

чайки нашего отчаяния
на горизонте между
было и никогда уже..

не пей для меня
песен
с чужих губ


(сентябрь,
Аккерман)


ДИ-ЛИ-ДЖАН, КОЛОКОЛЬЧИК ТУМАНА

Тишина.
Побледневшая ночь на террасе балкона.
Сквозь закрытые веки
разреженный воздух скользит золотистым свеченьем,
и плывут волоокие тёмные рыбы зрачков
и пугливою стайкой дрожат плавниками на радужке глаз.
И звучанье незримой реки –
колокольчик тумана, певучие горные воды -
Дилиджан, ди-ли-джан-ди-ли-джан-джан-джан-джан.
Это капля рассвета течёт по щеке,
розовея стыдливостью юного солнца.
Это птица зари, словно перья крыла, обронившая день.
Это ветер лениво качает свой хвойный предутренний веер.
Это рябь облаков
в прояснившейся сини клубится небесной отарой –
колокольчик тумана, певучие горные воды –
Дилиджан, ди-ли-джан-ди-ли-джан-джан-джан-джан.
Тишина…

(Дилижан.
из армянской тетради)


НИКО

В тот год
старики оставляли автограф любви
на пергаменте памяти дряхлой.
В тот год
молодые
упившись до дна
искушенностью ложной
усердно транжирили совесть до чувства вины.
Безволие зрелых
в тот год
решало начать с понедельника новую жизнь.

Тем летом
движение соков лозы прекращалось
задолго до листьев
и гроздья
иссушенных солнцем безветрия
ягод
ссыпались в ладонь виноградаря
каменной скупостью слёз.

Той весною
Писания девственниц юных
касались
канонов невинности рта
до момента
пока чужеродный язык не проникнет
приникнув к глубокому
нежному нёбу.
И грешницы
траур носили по тем временам
когда непорочная мысль
зарождалась пречистым сознаньем.

В ту осень
он тайное имя её обнаружил
средь пёстрого гомона звуков.
Она же его называла
не больше, чем братом
в лавандовом поле
не меньше, чем ангелом страсти
отрезавшим ухо
с портрета
что незавершенным остался.
Той осенью
выла собака цепная под сводом моста
на голое небо с мерцавшей
брюхатой луною.
Надкушенных два абрикоса
бледнея в осеннем свеченье
катились упруго под гору
и тихо скрипели в безветрии
петли
на райских вратах.

(такого-то года, такой-то просроченной даты какого-то там января – неразборчиво
подпись
тво_я)


ТЕНЬ ОБЛАКОВ…

Тень облаков, как тень летящей птицы
стремительна, внезапна, преходяща.
Март заключён в решётках календарных:
15 дней до окончанья срока,
15 суток на пути к апрелю.

Зависимость от направленья ветра
не самая хорошая привычка:
круженье ветхих листьев прошлогодних –
изношенная память листопада
об осени.

Стихи на итальянском
звучат, как струны арфы в новолунье
от сквозняков на Площади Сан Пьетро.
Невнятные подстрочники диктуют
двусмысленность прочтению аллюзий.
Тоска по Риму вряд ли восполнима
строкою перевода генуэзца.

Я, впрочем, не о том…

15 суток
осталось до цветенья абрикоса.
Апрель в финале марта неизбежен.


ВЕСНА

Всё суета, всё шёпот и мольба
и ветка – отцветающая – вишни,
и ангелов и демонов борьба
за право обладания.
Затишье
меж ветром и предчувствием дождя.
Свеча. Алтарь. И ладана куренье.
И облако истаявшего дня,
как пуха тополиного движенье,
когда весны последний месяц сыт
аллюзиями жаркими на лето,
когда гортань отчаянно саднит
от слов неизречённого сюжета.
Не пишется..
И рвутся в лоскуты
безветрием листаемые письма,
которые прочесть не можешь ты:
богам – своё, масисово – Масису.

«Весна» работы Сандро. Бах. Соната.

(начало мая
день
без адресата)

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Чембарцева Виктория

Родилась в Кишинёве (Молдова). Окончила «Academia de Studii Economice din Moldova» (ASEM, экономист-маркетолог) и «Institutul de Instruire Continua» (IIC, - психолог). Публиковалась в газете «Литературный Крым»; в литературно-художественных журналах «Наше поколение» (Кишинёв), «Вайнах» (Грозный), «Дети РА»; в «Журнальном зале» «Русского журнала»; в сборнике авторов «Китайская шкатулк...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ИЗ ЦИКЛА "ПИСЬМА В СЕЗОН БЕЗВЕТРИЯ". (Русское зарубежье), 143
ИДИ ЗА МНОЙ ПО КАМЕННЫМ СТУПЕНЯМ… (Русское зарубежье), 093
СЕГОДНЯ ЛОПНУЛ КОКОН ШЕЛКОПРЯДА... (Русское зарубежье), 088
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru