Проза
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

Александр Шкудун

г. Киев

ПЕСОЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК

Рассказ

Пожилой старик вошёл в бар около половины второго ночи. Отворив дверь, немного постоял у порога, осматриваясь, а затем скользящим уверенным шагом направился к стойке.

Вахид сначала не обратил на него ни малейшего внимания, занятый протиранием бокалов и моля Бога о том, чтобы трое остававшиеся в заведении парочки да двое пьянчужек убрались поскорее домой. Как уберутся – можно закрывать лавочку на сегодня и считать выручку. В ином случае придётся снова куковать до утра. Глупый лозунг «мы работаем до последнего посетителя» абсолютно себя не оправдывал.

Предложи кто-нибудь подобный лозунг сейчас, Вахид не задумываясь выгнал бы затейщика вон. Но, к несчастью, год назад на следующий день после придуманного красивого рекламного хода, который, по словам юного менеджера, должен был привлекать новых клиентов, паренька сшиб грузовик. Глупая смерть, конечно. Но ещё глупее было в память о парнишке оставлять эту надпись.

Лишь только когда громче раздались приближающиеся шаги, Вахид поднял взгляд на вошедшего.

Старик, укутанный в коричневый плащ, ковылял, опираясь на массивную деревянную трость. Невысокого роста, небритый, он медленно, но уверенно передвигал ноги, напоминая карлика из какой-нибудь сказки.

Вахид впервые его видел. Плох тот бармен, который не знает своих клиентов. В данном случае, он был готов поклясться на что угодно, что человек прибыл недавно, причём издалека. Скорее всего, из другой страны.

Старец остановился возле барной стойки. Оглянулся на немногочисленных посетителей. Внимательно прошёлся цепким взглядом по каждому из них и кивнул сам себе.

– Пива, – коротко бросил он. Немного подумав, причмокнул и добавил: – И того журналиста пригласите, – палец собеседника указал на мужчину, сидящего за самым дальним столиком с супругой.

Вахид удивлённо заморгал.

– Простите…

– У меня мало времени, – оборвал его речь незнакомец. – Я должен передать информацию.

Пожав плечами, Вахид вынужден был признать, что ошибся насчёт иностранца. Мужчина, понадобившийся старцу, и вправду был местным журналистом. Не таким знаменитым, чтобы к нему приезжали из-за границы, но достаточно опытным и хорошо узнаваемым в Халуме – небольшом посёлке, окрещённым таковым в связи с неким недоразумением.

Шестьдесят три хижины, гостиничная почивальня, рынок, клуб да два бара, один из которых временно закрыт на облагораживание, - вот и весь посёлок.

Впрочем, столь гордое название у деревеньки могло появиться в связи с пролегающим через неё маршрутом, который вёл прямёхонько к Египетским пирамидам. Туристов, следующих к древним монументам архитектуры, было предостаточно. Рынок посёлка значительно улучшал им настроение, а торговцев радовал новыми поступлениями в их карманы.

Очевидно, дедушка приковылял откуда-то с западной части города, где в основном селились бедуины, которые терпеть не могли подобные увеселительные заведения, предпочитая развлекать себя иным образом.

Покуда Вахид наливал незнакомцу пиво, тот невозмутимо оценивал интерьер заведения, странно гримасничая и слегка подёргивая щеками. В какие-то моменты даже могло показаться, будто по скуластому, испещрённому морщинами лицу пробегают маленькие волдыри, что, откровенно, бросало в дрожь и холодило спину. При этом казалось, что тело старика слегка подрагивает. Но чуть позже Вахид ловил себя на мысли, что это всего-навсего игра теней и света, и что перед ним не призрак и даже не карлик из сказки, а вполне обычный человек.

Час от часу не легче.

Вахид покачал головой.

Что только ни пригрезится в конце рабочего дня. Собственно, завтра в десять снова открывать бар. Надо бы повыгонять их всех к чертям собачим и хорошенько отоспаться! За последние двое суток он почти не спал. Да! Однозначно! Вахид так и поступит. Когда-нибудь.

Парень печально улыбнулся. Сколько раз он давал себе подобные обещания?! Раз, два? Может, двадцать два?! А всё из-за безысходности что-либо изменить. Зарабатывал он не так много, как бы того хотелось. Бар испытывал не лучшие свои времена. И чтобы хоть как-то сводить концы с концами нужно было усердно работать. Постоянно.

Вахид вздохнул, протянул незнакомцу бокал с пивом, а сам неспешной походкой устремился к дальнему столику, за которым в компании супруги отдыхал Стивен Кейв – местная звезда журналистики.


Бар «У Вахида» располагался почти в самом центре Халума. Неброское, аккуратное, исполненное в древнеегипетском стиле двухэтажное строение с незаурядной одноименной вывеской над входом, доставшееся парню от отца – Вахида старшего, ещё пару лет назад было, пожалуй, единственной развлекательной достопримечательностью посёлка.

Этот бар достаточно повидал на своём веку. Был он довольно-таки стар, пережив не одну междоусобицу, и не шибко радовал простором. Небольшая поильня на сорок человек на первом этаже и место ночлега на втором. Бар служил семье Вахида и хлебом насущным, и пристанищем одновременно. Ничего изысканного. Никакой напыщенности и пафоса. Умеренный комфорт и простота. Две составляющие, которые могли полностью описать строение. Что всегда и импонировало посетителям.

Здесь проводила время и веселилась молодёжь. Не спеша поглощали обеды и ужины под аккомпанемент чинно распиваемого пива люди преклонного возраста; пьянствовали русские туристы, а также чиновники, которые по неизвестным причинам оказывались в Халуме довольно-таки часто.

Заведение приносило немалые доходы, и отец Вахида с улыбкой говорил, что сыну не придётся работать, не покладая рук, как он. Вырученные деньги позволят поездить по миру, не утруждая себя ежедневным протиранием бокалов и разноской еды с десяти до пяти. Позволят почувствовать себя хозяином жизни, а не её рабом. Свободу выбора и независимость ни от кого.

Увы, это были лишь красивые слова. Мечты в розовом цвете, так и оставшиеся таковыми. Несмотря на значительную популярность бара среди населения, в последние годы что-то изменилось. Далеко не в лучшую сторону. Словно над семьёй Вахида навис злой рок.

Сначала умерла мать, потом отец. Все деньги ушли на операции родителям, так их и не спасших. Ни сестёр, ни братьев, которые могли бы протянуть руку помощи, у Вахида не было.

Посетители стали всё реже заглядывать в гости. То ли в связи с открытием в Халуме нового бара и клуба, поспособствовавшим оттоку клиентуры, то ли по другим, более веским, но остающихся за пределами понимания Вахида причинам.

Злой рок, считал парень. И ничего более.

Впрочем, клиенты были. Не в таком количестве, конечно, как раньше. Но и не настолько меньше, чтобы собрать свои манатки, продать к лешему бар и укатить куда-нибудь подальше из этого посёлка, оставившего на душе Вахида неизгладимый след, увитый скорбью по родным.

Вахид отогнал невесёлые думы.

Да уж, нелегко придётся. Учитывая, что желание бросить всё вот уже на протяжении добрых трёх месяцев посещает его.

Приблизившись к столику, он кивнул журналисту.

– Стив, тебя спрашивают. У стойки.

Плотный мужчина с изрядным брюшком, потягивающий пиво, сфокусировал взгляд на бармене, затем оглядел старика, застывшего у стойки бара. Скривившись, прищурился.

– Я его не знаю. Что ему нужно?

– Сказал, что хочет передать информацию.

– Информацию?! Неужели эти пройдохи археологи что-то раскопали?

Вахид только пожал плечами, демонстрируя явную неосведомлённость в данном вопросе.

Журналист хмыкнул.

– А подойти ко мне сам, конечно, он не мог…

– Ну, если гора не идёт к Магомету…

– Тьфу на твои шутки, Вахид, – тот, кого называли Стивеном Кейвом, затушил сигару, поставил недопитый бокал на стол и с кряхтением поднялся. – Ладно, шут с ним. Послушаем, что он расскажет. Возможно, не обойдётся без скандального животрепещущего материальчика! Милая, я на секундочку! – и кивнув молчаливой супруге, попивающей молочный коктейль, журналист вальяжно побрёл к стойке бара.


Что ни говори, а Стивен Кейв был журналистом от Бога. Он всегда умел хорошо преподнести общественности абсолютно любой материал. Его статьи и репортажи славились своей скандальностью, но в то же время строгостью и сенсационностью.

Именно он первым осветил в прессе находку в оазисе Дахла двадцати храмов, а также крупнейших в Египте захоронений чиновников. Предал огласке события при раскопках в оазисе Бахардия, или, как его называли в народе, «Долине золотых мумий», где археологи обнаружили несколько десятков мумий из чистого золота, а также раритетные старинные египетские монеты на сумму в несколько сотен тысяч долларов, по современным расценкам.

Как это ни парадоксально звучало, но Кейв всегда оказывался в нужном месте и в нужное время. Словно неведомый голос подсказывал ему, где в очередной раз что-то будет найдено.

Впрочем, Стив придерживался иного мнения, прекрасно осознавая, что просто так ничего не бывает, и если самому не позаботиться о том, чтобы материал появился, никто за тебя этого не сделает. Поэтому он довольно-таки часто общался с новоприбывшими археологами, оказывая им всяческую поддержку, а те, в свою очередь, не забывали о нём, когда что-нибудь раскапывали.

Жил Кейв где придётся. У него было несколько арендованных особняков в различных уголках Египта, ибо профессия предполагала путешествия. И хотя его отец был американцем, Стив всегда считал себя уроженцем Халума. Здесь он вырос и предпринимал первые попытки зарекомендовать себя среди общественности. Да и любил он тихие спокойные места, не застроенные под завязку, в которых жизнь только-только начинает зарождаться.

Приближаясь к барной стойке, Кейв старался угадать, о чём же хочет поведать ему пожилой незнакомец. Старец был какой-то сморщенный весь, неопрятный, вызывающий антипатию. Опираясь на массивную деревянную трость, он плотнее кутался в свой потёртый плащ и иногда странно подёргивался, словно его лихорадило. Скольких людей Стив повидал, со сколькими пьянствовал и делил кров, но от этого старика хотелось бежать без оглядки. Чуждое было в нём что-то. Не от мира сего.

И тут журналиста буквально осенило.

Постойте!

Он даже на несколько секунд остановился, поражаясь, как такое ему раньше не пришло в голову!

Ну конечно!

Ровно неделю назад к пирамиде Хеопса из Штатов приехали археологи с какой-то новой аппаратурой. Приборы, которые они с собой приволокли, должны были просветить пирамиду, словно рентгеном. По итогам исследований можно было бы с точностью сказать о наличии заброшенных потаенных ходов под ней. А это означает, что и о возможных хранящихся там сокровищах!

От мысли о сокровищах Кейв радостно заулыбался.

Вот оно! Материал, способный прославить его на весь Египет! Да что там Египет, на весь мир!

Не зря он поил археологов пивом, делился провиантом и травил анекдоты. Ох, не зря!

Похоже, они всё-таки что-то раскопали и прислали одного из своих доморощенных учёных ему об этом сказать. Что ж, чудесно! Просто чудесно!

В предвкушении сенсационного материала, Стив уже готовил свою фирменную улыбку, мысленно махнув рукой на неясную, постепенно поднимающуюся из глубин сознания тревогу.

Когда Кейв подошёл к барной стойке, старец как раз допивал своё пиво. Большими глотками, пренебрегая вкусовыми качествами хмельного напитка. Поставив пустой бокал, он небрежным жестом вытер рукавом губы. Затем перевёл взгляд на журналиста, обозначив на лице нечто вроде приветствия.

Кейв поморщился. Вид у незнакомца был какой-то болезненный. Впавшие щеки, осунувшееся лицо, старческие пятна, щедро осыпавшие кожу. Должно быть, дедушке уже далеко за семьдесят. Стив всегда полагал, что в таком возрасте нужно попивать апельсиновый сок на каком-нибудь из тропических островов, доживая отведенное природой время, а не заниматься раскопками в жарком Египте. Впрочем, каждый волен распоряжаться отведёнными годами как ему заблагорассудится.

– Я - Стивен Кейв. Как я понимаю, у вас для меня информация? – безо всякого предисловия, но вполне учтиво спросил старца Стив, давая понять, что он ужасно торопится и не намерен затягивать с разговором.

Незнакомец кивнул. По его лицу скользнула неясная тень.

– Остановите археологов, – с выражением, выделяя каждое слово, произнёс человек с тростью и закашлялся. – Они не должны разгадать секрет пирамид. А иначе будет беда. Страшная беда!

Тело его конвульсивно задёргалось, и Кейв невольно попятился назад. Ему стало не по себе.

– О чём вы говорите?!

– Время истекает… – с трудом произнёс старец и снова закашлялся. Его голова начала мелко подрагивать, словно незнакомец страдал болезнью Паркинсона. – Помните, они не должны ничего обнаружить. Египетские пирамиды хранят информацию, способную обречь человечество на муки на долгие века. Остановите их. Мы не хотим их убивать. Мы предупреждаем вас.

– Да что тут происходит, чёрт возьми?! Кто вы такой? – Кейву внезапно стало по-настоящему страшно. Он многое повидал на своём веку. Видел сумасшедших, глаголющих о конце света, видел иных умалишённых, якобы очевидцев НЛО и призраков. Но этот человек не был похож на сумасшедшего. Да что говорить, он не был похож ни на одного человека, с которыми когда-либо беседовал Кейв на подобные темы. И слова его были жуткими. Навевающими ужас и вселяющими в сознание панику. Непонятно по какой причине.

– Осветите в прессе предупреждение, – игнорируя вопрос журналиста, продолжал незнакомец. – Нельзя трогать пирамиды. Нельзя пытаться разгадать то, о чём вы не имеете ни малейшего понятия, и соответствующих знаний… не для вас оно создавалось… – глаза старца начали тускнеть (или это отблески света играли в непонятную игру с лицом незнакомца?!) – Не вам это находить… я предупредил!

Старец начал как-то странно дёргаться, словно собираясь станцевать неведомый публике танец. Трость выпала из его рук, а лицо пошло жёлтыми пятнами. По всему телу волнами поползли волдыри. Губы всё ещё что-то шептали, когда его голова, внезапно, начала крошиться, будто печенье. Ещё через секунду всё его тело песком осыпалось на пол.

Немногочисленные присутствующие замерли, таращась на то место, где ещё несколько секунд назад стоял незнакомец. Пил пиво и разговаривал со Стивеном Кейном. И вот в один момент старика не стало. Лишь горка песка на полу бара свидетельствовала о том, что людям не пригрезилось.

На Кейва было страшно смотреть. Круглые глаза, приоткрытый рот и мелкая дрожь по телу. Впрочем, подобное наблюдалось почти со всеми людьми, решившими в эту злополучную ночь посидеть в баре Вахида и невольно ставшими свидетелями произошедшего.

Стив тяжело облокотился на барную стойку и помотал головой.

– Вахид, двойное виски… мне крайне необходимо срочно выпить!

Бармен, отошедший от шока, поспешил к своему рабочему месту, стараясь унять дрожь в коленках и позабыть увиденное как можно скорее.

Люди начали оживлённо перешёптываться. Двое пьянчужек вмиг протрезвели и уже махали руками, пытаясь привлечь к себе внимание бармена, который делал вид, что их не замечает.

Вахид приготовил двойную порцию виски и поставил перед Кейвом. Тот быстро схватил стакан и, запрокинув голову, залпом выпил. Скривил губы и шмыгнул носом.

– Давай ещё…

– Что это было, Стив? – Вахид взял бутылку с виски и начал наполнять стакан по новой.

– А я знаю… я видел и слышал то же, что и ты… – Кейв сделал знак рукой, торопя бармена и требуя, чтобы второй стакан со спиртным поскорее оказался в его руке, и добавил: – Чертовщина какая-то!

Вахид подал напиток.

– Кто бы он ни был, следует остановить археологов…

Вливая в себя очередную порцию виски, Стив лишь покачал головой. Со стуком опустив стакан на стойку и дыхнув в кулак, он внимательно посмотрел на собеседника.

– Друг, ты не понимаешь. Кто мне поверит? Эти всезнающие учёные из Штатов? Да брось, они ни во что не верят, кроме своих собственных слов! Им открытие подавай! Сенсацию! А у меня нет доказательств, понимаешь?! Если что-то размещать в прессе, необходимы факты. Или ты считаешь, что это… – журналист пренебрежительно пнул кучку песка ногой, – можно рассматривать, как доказательство слов, что исследование пирамид нужно прекратить?!

– Кейв, для прессы доказательства необязательны. Мне ли тебе рассказывать! Чтобы привлечь внимание публики достаточно будет одной твоей статьи.

– И что, Вахид? И что с того? Ну напишу я, мол, люди, не просвечивайте своим рентгеном или что там они притащили, пирамиду Хеопса. И ничего там не ищите, потому что одной ночью в бар к Вахиду пришёл злой старикашка, который запретил это делать под угрозой страшной беды и песком осыпался на пол?! Да я весь остаток жизни проведу в одной палате с Тутанхамоном третьим!

– Стив, успокойся.

– Я спокоен, чёрт возьми! – выкрикнул журналист, затем выдохнул и потёр руками щёки. – Я спокоен…

– Нужно что-то предпринять… – Вахид налил себе водки. – Или ты предлагаешь вообще ничего не делать?!

– А что мы можем, Вахид? Да простят меня мои предки за эти слова, но чтобы учёные прекратили свои поиски, должно произойти нечто из ряда вон выходящее. Например, смерть одного из них при странных обстоятельствах! Вот такой поворот событий может заставить их собрать манатки и свалить к себе в Штаты. Вот из этого можно раздуть целую статью, до предела нагнетая обстановку и приписывая пирамидам необычайные свойства. Задействуя безапелляционный ход с древними проклятиями… потревоженными демонами, восставшими, чтобы покарать виновных археологов в нарушении их спокойствия! Вот что по-настоящему действует! Вспомни фильмы, Вахид, вспомни прошлые подобные статьи! Необходимо, чтобы что-то произошло!

– А если просто поговорить с учёными.

– Я бы очень хотел послушать, что ты им скажешь. И потом, если вдруг случится чудо, – Кейв специально выделил последнее слово. – ЧУДО, понимаешь? И они вдруг действительно нам поверят и уедут к себе домой, на их место придут другие! Откуда-то из России, к примеру. Которые не то, что не послушают нас, так ещё и рассмеются в лицо.

Вахид поднял вторую рюмку с водкой и пристально посмотрел на журналиста.

– А что если слова старика – правда, Стив?! Что произойдёт, если не остановить археологов?! Какие могут быть последствия, ты только подумай…

– Какие? Ну, какие последствия? Конец Света? Все начнут умирать от неведомой болезни? Да что они вообще такого могут обнаружить в этих вшивых пирамидах?! – вовсю распалился Стив, начиная говорить всё быстрее.

Вахид выпил водку, полностью игнорируя реплики журналиста. Занюхал рукавом.

– Нужно хотя бы попытаться… – сказал он после паузы, и указав на останки старика на полу, печально добавил: – Хотя бы из-за этого…

Статья вышла на следующий день. Большая. Красивая. На шесть разворотов. Стивен Кейв не ложился спать, покуда не сдал окончательный материал в редакцию. Он постарался. Журналист задействовал всё своё мастерство, изворотливость и фантазию. Манипулировал фактами и вымыслом на грани фола, и у него получилось. В статье было всё, чтобы напугать даже самых ярых скептиков и атеистов. Дать пищу для ума учёным и отбить всякое желание археологов продолжать раскопки, а также любую иную деятельность вблизи пирамид.

Со страниц статьи звучали страшные пророчества о наступлении конца света. Жуткие предсказания Ванги, Нострадамуса и иных колоритных исторических персонажей, суть которых сводилась к тому, что нельзя посягать на священные тайны Египетских пирамид и остаться безнаказанным.

Основательно посидев в Интернете, Стив накопал столько фактов о трагической гибели учёных, пытавшихся углубиться в секреты монументальных строений, сколько смог найти. Упомянул о фараонах, восставших из мёртвых и выслеживающих расхитителей гробниц по всему свету. Упомянул он и о баре « у Вахида», где очевидцы видели «песочного человека» (так, по крайней мере для себя, окрестил его Кейв) – вестника смерти. Присутствовали даже несколько фотографий того, что осталось от незнакомца, под которыми следовали заверения экспертов, что песок, найденный в баре, по структурным составляющим разительно отличается от песка Египетских пустынь.

Понятное дело, никаких экспертных исследований и близко не проводилось, но для создания соответствующего антуража подобных заверений экспертов-друзей Кейва было достаточно.

Материал также содержал несколько показательных интервью со свидетелями прихода песочного человека, подробно описывающих его страшные угрозы, брошенные всему человечеству, а также родственников давно погибших в этих краях, из-за излишнего любопытства к пирамидам, археологов.

Вспомнил Стив и о землетрясении, очень кстати обрушившемся на Каир на прошлой неделе. Вспомнил и о странностях перемены погодных условий в Аравийской пустыне на востоке, над которой год назад целую неделю не переставая лил дождь.

Конечно, тематика, выбранная Стивом, была заезжена до дыр журналистами-новичками, которые, чтобы привлечь к себе внимание, бросались в крайности, описывая всевозможные неутешительные пророчества, встречи с инопланетным разумом и прочие нелепицы. Но, в отличие от них, Кейн знал, на что нужно давить, чтобы народ «прокушал» и действительно поверил. Как правильно подать материал, чтобы затронуть струны человеческой души и докрасна накалить обстановку. Он был спецом в своей профессии. Наверное, одним из лучшим в мире, о котором мир ещё не знал.

Газета со статьёй Стивена произвела настоящий фурор среди населения. Люди буквально расхватывали её из рук торговцев. То ли соскучились по животрепещущим, леденящим душу материалам, то ли ради чистого любопытства.

Газета разошлась по всему Египту. Её пришлось отдавать на перевыпуск пять раз, увеличивая тираж. За что Кейв получил личную благодарность от владельца газеты и дополнительный гонорар.

Ознакомившись со статьёй, местные археологи, посовещавшись, прекратили все работы и исследования возле Египетских пирамид. Начали потихоньку вывозить технику, опасаясь за свои жизни.

По настоятельной просьбе Стивена Кейва редакция газеты проследила за тем, чтобы и американские археологи непременно получили газеты со статьёй. Сам журналист в это время был за пределами страны и не мог понаблюдать за их реакцией, однако он предполагал, что и эти всезнайки не пойдут на риск и уедут поскорее к себе в Штаты.

Если бы в это время давали приз за лучшего гордеца Египта - он непременно бы достался Стиву.


В то утро, ровно в десять часов, как и всегда, Вахид открыл бар. Он успел накормить завтраком нескольких завсегдатаев, в том числе и Стивена Кейва, которому владелец газеты в качестве поощрения за статью предоставил отпуск на неопределённое время. Вахид даже успел с ним поделиться местными новостями и немного посплетничать. Вскользь упомянул о слухах, что глубокой ночью возле пирамид какие-то учёные ведут исследования. На расспросы Кейва о том, американские это археологи или нет, Вахид только неопределённо пожимал плечами, добавляя, что это всего-навсего слухи и не более.

Так они и говорили, время от времени откалывая шутки и заливаясь дружеским смехом. Светская болтовня и анекдоты с утра позволяли убить время и разнообразить скуку.

Однако ровно в двенадцать пополудни, с выпученными от ужаса глазами и судорожно хватающим воздух ртом, в бар ввалился шериф посёлка – Ариф Халфу. Он тяжело дышал и уже с порога попытался заговорить. Ему это не удалось. Мужчина закашлялся, согнувшись пополам, словно солдаты-новобранцы после пятнадцатикилометрового марша.

Все, кто его знал, удивлённо замолчали. В баре повисла гнетущая тишина. Ариф прежде никогда никуда не торопился. Всегда ходил горделиво и медленно, словно король перед подчинёнными. Он не любил спешить, поговаривая, что спешка к добру не приводит. И вот, сейчас, похоже, впервые нарушил свои же принципы.

– Ариф, – Вахид профессиональным движением подбросил бокал вверх, поймал его другой рукой и сунул под пивной кран. Через секунду тот стал наполняться хмельным напитком. – От заведения!

Но тот только упрямо замотал головой. Снова заговорил, но язык его не слушался, издавая лишь непонятное мычание. При этом в глазах стража закона читался неподдельный ужас, граничащий с безумием.

– Ариф, что случилось?! – его приятель, журналист Кейв, встал из-за стола и подошёл к мужчине. – На тебя лица нет! Ты что, призрака увидел?

Халфу было не до шуток. Он снова замотал головой и сделал очередную попытку что-то сказать. Наконец, ему удалось выговорить одно слово.

– Там!

Его дрожащая рука указала на входную дверь, и мужчина рухнул на пол, потеряв сознание.

Стивен Кейв не стал терять времени и быстро кинулся к выходу из бара. Отворил дверь... и застыл на пороге. Его волосы встали дыбом, а ноги задрожали, едва не подкосившись.

Через несколько секунд у порога столпились уже все присутствующие в баре. Немое молчание. Лица, застывшие в ужасе. Прокусанные до крови губы. Гробовая тишина. Взгляд прикован к горизонту.

В каких-то пяти километрах, со стороны Египетских пирамид навстречу посёлку неслось НЕЧТО. Огромная волна из песка, сметая всё в пределах досягаемости…

И в могильной тишине, отобравшей у людей способность говорить, тихо прозвучал до жути перепуганный голос стоящего позади всех Вахида:

– Американские археологи не знают арабского, Стив… они не умеют читать по-арабски!

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Александр Шкудун

Родился 27 августа 1984 года в городе Киеве. Победитель конкурса на лучшего чтеца стихотворений (200 лет со дня рождения А.С. Пушкина) (1999г.). Победитель конкурса среди авторов за лучший рассказ, опу...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ПОСЛЕДНИЙ СЕКРЕТ. (Русское зарубежье), 79
ФИЛОСОФСКАЯ ЛИРИКА II. (Русское зарубежье), 77
ФИЛОСОФСКАЯ ЛИРИКА. (Русское зарубежье), 76
ЗЕМЛЯ ПОД СТРОИТЕЛЬСТВО. (Русское зарубежье), 75
ЛЮБОВНАЯ ЛИРИКА. (Русское зарубежье), 72
ПЕСОЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК. (Русское зарубежье), 70
НАБЛЮДАТЕЛЬ СМЕРТИ. (Проза), 64
ЛОТЕРЕЯ. (Проза), 58
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru