Проза
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

Мария Бордукова

г. Москва

ЛЮБОВЬ И ПЕЛЬМЕНИ

Рассказ

Пыльный зал Индийского культурного центра был переполнен. Коврики наползали друг на друга. Поклонники Индии потели, скрипели костями, подражали гуру.

– Если вы думайте, что йиога – эта гибкост тейла, то ви ошибаетстя. Йиога – эта гибкост души! – вещал доктор Мелгири, курчавый индус средних лет, небольшого роста, подвижный и черноглазый, он ежедневно был готов раскрывать чакры.

В основном, раскрыть чакры желали женщины, некоторым не хватало даже урока. Они задерживались, готовые часами слушать проникновенную смесь русского, английского и хинди. К счастью для них, русского с каждым годом становилось больше. Доктору Мелгири нравились русские женщины с тяжелыми ягодицами и пышно колыхающимся бюстом. Трехлетнее пребывание в столице Российской Федерации подходило к концу, а уезжать не хотелось. Доктор Мелгири присмотрел чудное помещение, которое бы он украсил в национальном индийском стиле, чтобы аппетитные тела могли принимать лечебные асаны, закидывая ноги за голову и устремляя телесный низ в небеса.

Доктор Мелгири вздохнул и обвел цепким взглядом затаивших дыхание поклонниц. Вот если бы он женился, то…

– Каждьдое движиение тяньется за мысылью, муськульи следовать приказу души…

Перед ним сидела большеглазая круглолицая дама в черном топе на тонких бретельках, плечи ее были белыми, как молоко, грудь едва умещалась под шелковой тканью.

– Левый рука, вот так, - объяснил Мелгири, поправив запутавшейся даме позу.

– Ой, я в этом месте всегда путаюсь...

– Я помогать. Можно вы и я после урока.

Они вышли вдвоем, когда влажный осенний туман обволакивал фонари. Дело было решенным, дама ждала его завтра на ужин.

Следующее утро, как и все прочие, прошли в мечтательной медитации, распевании мантры, заедаемой орехами, и завершились водными процедурами и послеобеденным сном. Занятия в центре были поручены старшим студентам, благо осенью студентов много, есть из кого старшего выбрать.

В шесть часов вечера, прополоскав рот морской солью, надев парадный белый костюм и купив в стратегических целях букет хризантем, доктор Мелгири отправился с визитом к даме.

Дама была укутана в бежевый шифон. На руках звенело серебро браслетов, на лице горели пунцовые губы.

– О!!! – только и простонала она, выхватывая из рук Мелгири хризантемы.

– Добьрыий вечер!

– О! – томно отозвалась дама.

Мелгири прошел в гостиную, потрепанную, но уютную, где на кружевной скатерти томилась кулинарная роскошь. Мелгири сел, чувствуя, как желудок, уставший от пресных лепешек, охватывает желание.

– О, здесь нет ничего калорийного! Все легкое, маложирное – овощи, блины со сметанкой, пельмешки, оладушки.

– Пельмейшки?

– Ну, пирожки с начинкой. Попробуйте!

Доктор Мелгири попробовал. Потом еще. И еще. Время растворилось в пережевывании кусков и кусочков – сдобных и масляных, острых и сладких. Перед глазами доктора Мелгири расцветали радужные мечты. Он на диване после работы, вокруг бегает веселая мелюзга, его дама (тьфу, его жена) несет на подносе горячие пельмешки.

– А теперь, чай с абрикосовым пирогом!

– Яй помочь! – великодушно произнес Мелгири и подхватил поднос с грязной посудой.

Они достигли кухни вдвоем. Мелгири протиснулся в дверь, вдавив в стену мягкий бок дамы.

– Вообще-то здесь неубрано! - запоздало спохватилась дама.

Маленькая кухня была слишком маленькой, чтобы в ней можно было должным образом убраться. Доктор Мелгири установил поднос в центр стола, где покоились останки принесенных в жертву ужину продуктов, развернулся и...оцепенел.

Рядом с раковиной, привинченная к белому пластику, стояла окровавленная мясорубка, сквозь прорези свисали темные куски провернутого мяса. На бежевом кафеле внизу растекалось кровавое пятно.

– Это...это...

– Да...- дама засмущалась. – Я торопилась, не успела прибрать... У меня еще есть ликер к сладкому, – добавила она, кидаясь к холодильнику, но он ее слышал.

Доктор Мелгири сделал неуверенный шаг. Подцепил подсохший фарш указательным пальцем и поднес к прищуренным глазам.

– Парная говядинка, я ж пельмешки сама лепила специально для... вас... Ой, что с вами?! Вам плохо?! У меня есть но-шпа и мезим!

Доктор Мелгири заперся в туалете и долго не выходил. Дама нервно кусала губы, измеряя мелкими шажками коридор. Наконец, щеколда звякнула, побледневший йог протиснулся в коридор и, бормоча: «Sorry, sorry, sorry!», попятился к входной двери.

Всю ночь доктор Мелгири преследовали кошмары. Священная корова бодала его рогами, на которые, точно яблоки, были нанизаны обваленные в сметане, посыпанные укропом пельмешки. Через неделю доктор Мелгири уехал в Индию, а дама йогу с тех пор забросила, растолстела и увлеклась системой голодания по Полю Бреггу. Но пельмешки она любит до сих пор.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Мария Бордукова

Родилась в Москве. Окончила Педагогический колледж и Российский государственный социальный университет (по специальности социальная работа) и лингвистический факультет этого же университ�...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ЛЮБОВЬ И ПЕЛЬМЕНИ. (Юмор), 108
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru