Проза
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

Екатерина Орехова

г. Северск (Томская обл.)

МУЗЫКА ДУШИ И СЕРДЦА

Рассказ


Машина мчалась по улицам города Новогорска. Магнолина Андреевна сидела за рулем и смотрела в окно. Она наблюдала за дорогой и любовалась городским пейзажем. Город Новогорск отличался обилием зелени, тем более на дворе был июль. Каждый человек любит этот летний месяц, Магнолина Андреевна не была исключением. В июле в её жизни было много праздников: день рождения мужа, его сестры, свадьба брата, день рождения племянницы и племянника.

Обычно Магнолия брала отпуск именно в июле, но в этом году её отпуск был отложен на август, потому что Геркулес, муж Магнолии, получил на лето выгодный заказ. Он был неплохим архитектором и работал на фирме отца вместе со своим братом Диего. Второй брат Геркулеса, Назар, работал вместе с Магнолией в антикварном магазине «Волшебная пыль». Он был бухгалтером и консультантом. Раз в полгода Назар, вместе с другими сотрудниками, а иногда и с самой Магнолией, выезжал в командировки за новыми редкостями. Назар неплохо разбирался в антиквариате, и Магнолина Андреевна поручала ему вести многие дела. В конце концов, он её шурин.

У самой Магнолии было много других дел помимо магазина. Она была директором учебного центра «Ступеньки», на первом этаже которого располагался детский дом «Цветик – Семицветик». Магнолия была спонсором и бывшим директором этого учреждения. Ей нравилось руководить детским домом, но из-за кризиса пришлось отдать руководство более состоятельному и опытному начальнику – Пирогову Владимиру Ивановичу. Однако Магнолия не унывала, она прекрасно понимала, что справиться со всеми делами одна не сможет, ей просто не хватит времени. Ведь у неё была еще и большая семья, они жили все вместе в поселке «Космос», в загородном доме общей площадью более 900 м.2. Этот дом был построен шестнадцать лет назад на деньги семьи Габровых – Галактионовых. Пять семей жили вместе в этом большом доме. Почему так получилось, это долгая история, а пока...

Серебристая машина Габровой ехала по улицам города с предельно разрешенной скоростью. Остановившись у светофора, Магнолия огляделась и в потоке машин заметила красный спортивный автомобильчик, за рулём которого сидел представительный мужчина, запоминающейся внешности. Магнолии показалось, что ему чуть больше пятидесяти лет. Самой Магнолии в августе исполнялось сорок, но к этому времени у нее была уже хорошая дружная семья и отличная работа, так что можно сказать, что она была счастлива. Да, определенно, была счастлива. И она хотела дарить это счастье другим, чтобы они тоже чувствовали, те моменты жизни, когда в душе играет волшебная музыка.

Загорелся зеленый свет, и спортивный автомобиль рванул вперед с такой скоростью, что Магнолия невольно позавидовала водителю. Она сама водила машину очень аккуратно, стараясь соблюдать все правила. В машине играло радио, Магнолия попала в очередную небольшую пробку и с нетерпением смотрела на часы, не хотелось бы опоздать на встречу.

Впереди шла старенькая шестерка. Магнолия ничего не имела против таких машин, у её двоюродного брата Евгения была такая же, но сегодня эта машина сильно раздражала Габрову: «Как можно ехать по городу со скоростью менее 30 км/ч?». Водителем этой потрёпанной машины был старичок с длинной бородой. «Ну, просто Старик Хоттабыч», – подумала Магнолия, чтоб отогнать все неприятные мысли. Наконец, шестерка свернула на боковую улицу, Магнолия прибавила скорости.

Сегодня она поехала в редакцию газеты «Зелёная лампа» оставить знакомому редактору материалы, которые ей по электронке вчера прислала Татьяна Воробьева, ученица 9 класса. Редактор газеты никому не давал свой электронный адрес, поэтому Магнолия должна была посетить его лично. Таня недавно приехала из летнего лагеря «Симона» и в своей статье решила поделиться совсем не радостными впечатлениями от поездки. Таня связалась со своим директором и попросила её помочь опубликовать статью. Магнолия согласилась, потому что прекрасно понимала: публикации для молодых журналистов – это самое важное. Сама Магнолия много лет назад закончила факультет журналистики и когда-то работала в «Зеленой лампе» так что, как говорится, связи остались....

У здания редакции Магнолия удачно припарковалась, её машина оказалась рядом с красным спортивным автомобилем, который она видела полчаса назад. Магнолия удивилась такому совпадению, но не стала зацикливаться на этом. Мало ли в городе красных спортивных автомобилей.

Завершив все свои дела в редакции, Магнолия заехала в кафе «Солнышко», выпить кофе. У кафе опять стоял красный автомобиль, что насторожило Габрову, но она тут же постаралась выкинуть это из головы. Заказав кофе, Магнолия села у окна. Через пару минут на улице она наблюдала такую сцену.

По тротуару шла женщина средних лет с двумя сумками и ребенком на руках, вдруг её обогнали и как-то неловко задели двое мальчишек, лет десяти-двенадцати. Женщина поставила ребенка на тротуар, чтобы прийти в себя и снять пиджак, ей почему-то стало очень жарко. Сняв пиджак, она заметила в кармане дырку и сразу стала рыться в своих сумках. Магнолия поняла, что что-то случилось, и женщине нужна помощь. Она захотела подойти и узнать в чем дело, но тут к женщине подошёл мужчина, который вышел из кафе, видимо, он сидел за дальним столиком, поэтому Магнолия его не заметила. Это был водитель красного спортивного автомобиля.

Он о чём-то переговорил с женщиной, сел в свой автомобиль и поехал по улице. Женщина сложила пиджак в сумку, вытерла заплаканные глаза и осталась стоять на месте. Ребёнок теребил её, но она не обращала внимания. Магнолия уже собиралась подойти к женщине, оказать помощь, но тут она увидела, как у кафе снова остановился красный спортивный автомобиль. В нём на заднем сидении были двое мальчишек, которые обокрали женщину. Вскоре, как поняла Магнолия, они принесли свои извинения и вернули женщине украденный кошелек. Водитель автомобиля о чем-то переговорил с мальчиками и отпустил их, и они побежали на другую сторону улицы.

Пострадавшая женщина подошла к мужчине, видимо, со словами благодарности. Он, усмехаясь, махнул рукой, мол, всё в порядке, а затем сел в свой автомобиль и умчался в неизвестном направлении.

Магнолия расплатилась за кофе и, наконец-то, поехала на работу. Часы показывали одиннадцать, а магазин «Волшебная пыль» открывался в половине десятого. Но Магнолия знала: Назар на месте, если что, то он позвонит ей на сотовый. Достав телефон, Магнолина набрала номер Геркулеса, ей ужасно захотелось услышать голос мужа:

– Привет, мой дорогой, как у тебя дела? На объекте. Ну ладно, не буду тебя отвлекать, если что – звони.

Муж Магнолии был красивый, довольно успешный мужчина. Магнолия прекрасно понимала, что кроме неё ему никто не нужен, поэтому спокойно относилась к его коротким ответам. «На работе», значит на работе. Она верила ему. Доверие – это один из главных кирпичиков в каких-либо отношениях.

Припарковавшись на стоянке магазина, Магнолия опять увидела красный автомобиль. «Надо же, и здесь он», – подумала она, направляясь к главному входу. Когда Магнолия вошла, прозвенел колокольчик, висевший над дверью, и девушка, сидевшая за столом, повернулась к ней.

– Здравствуйте, – сказала девушка, поспешно пряча газету.

– Добрый день, Света, опять газету читаешь на рабочем месте, – по-доброму усмехнулась Магнолия.

– Нет, просто гороскоп посмотрела, говорят, что в этом месяце Львов ждёт хорошая прибыль.

– Хорошо, поживем – увидим, – отозвалась директор магазина, она сама была Львом и поняла тонкий намек Светы, но не стала об этом говорить, – меня кто-нибудь спрашивал?

– Вас ждет представительный мужчина в кабинете с ним Назар Адрианович.

– Надеюсь, чай, кофе клиенту предложили?

– Разумеется, он пятнадцать минут назад приехал. Назар Адрианович показывает ему каталоги.

Колокольчики над дверью зазвенели, в магазин вошла импозантная дама.

– Всё ясно Света. Вон клиентка подошла, займись ею, пожалуйста.

Магнолия поднялась в свой кабинет на втором этаже. Вообще же, магазин «Волшебная пыль», располагался в трехэтажном здании. На третьем этаже был конференц-зал, который Магнолия сдавала в аренду, там же стояли крупногабаритные вещи, которые невозможно было сразу продать – для них требовался особый покупатель. Поиском таких покупателей занималась Рогова Анжелика Михайловна, но сейчас она была в декретном отпуске, и поэтому антикварный магазин не покупал крупногабаритные вещи. Магнолия никак не могла найти замену Анжелике, к тому же Анжелика пообещала, что как только выйдет, будет работать за двоих. Её место оставалось вакантным.

Войдя в кабинет, Магнолия увидела водителя красного автомобиля, кого же ещё?

– Здравствуйте, – одновременно произнесли он и она. Мужчина поднялся из кресла и подал руку Магнолии. Она немного смутилась и пожала его руку.

– Простите, что заставила вас ждать. Назар Адрианович, наверное, вам уже всё показал. Итак, что бы вы хотели купить? Что-то особенное? Себе или кому-то в подарок? – Магнолия заняла свое кресло, включила компьютер, чтобы показать электронные каталоги, оформить договор, но мужчина остановил её:

– Нет, нет, я не покупаю, я хочу продать. Я специально настаивал на встрече с вами, ждал вас, чтобы переговорить лично, – он сел напротив неё.

– Мне стоит заняться своими делами? – спросил Назар, сидевший в кресле слева от гостя, при этом он посмотрел внимательно на Магнолию.

Она, поправив причёску, спросила:

– У тебя ведь нет срочных дел?

– Из текущих только квартальный отчет. Ну и так по мелочам.

– Хорошо, тогда посиди с нами. Так, что бы вы хотели продать? – обратилась она уже к пришедшему мужчине.

– Фортепьяно. Извините, забыл представиться – Иволгин Николай Данилович.

– Очень приятно. Раз вы пришли ко мне то, наверное, знаете, кто я.

– Разумеется, Магнолина Андреевна. Мне посоветовали обратиться к вам, ну я и навел справки...

– Очень хорошо, расскажите мне про свое фортепьяно.

– Это очень эксклюзивная вещь, очень редкая. Фортепьяно принадлежало когда-то Петру Сергеевичу Тропинину. На нём он сочинил свою всемирно известную арию «Жасмин». Два года назад на аукционе в Бакленде выставили это фортепьяно, я и купил, тогда мог ещё себе позволить, а теперь хочу его продать. Мне сейчас очень нужны деньги, поймите меня правильно, если бы не внуки, не расстался бы с такой вещью.

Назар вспомнил, что об этой покупке писали в местных газетах: «Некий Иволгин Н.Д. приобрёл фортепьяно Тропинина за девяносто тысяч, хотя начальная цена была около пяти тысяч».

Магнолина Андреевна об этом ничего не знала, поэтому она продолжала расспрашивать Иволгина.

– И за какую сумму вы его приобрели, за сколько хотите продать?

– Приобрел я его за девяносто тысяч, хочу продать, разумеется, за вычетом процентов и налогов, хотя бы за семьдесят тысяч. Мне нужны деньги, чтобы купить новый автомобиль.

– Зачем вам новый автомобиль? Ваш красный и так прекрасно ездит, вы на нём 200 км/ч выжимаете.

– Откуда вы знаете, что у меня красный спортивный автомобиль? – удивился Иволгин, – а впрочем, неважно, я всё равно его продам через неделю.

– Я бы купила, только муж не одобрит. У нас сейчас в семье денег не так много, чтобы машины покупать.

– Прекрасно понимаю, мы все зависим от семьи. Вот у меня двое внуков, Танюшка и Егор, обоим машина нужна; они у меня её просят, машина-то хорошая, почти новая, у друга автогонщика купил почти даром. Сейчас думаю, продам её, куплю две недорогих отечественных и подарю им, авось и успокоятся. А то и так от них житья нет, они меня за фортепьяно два года распекали: зачем оно тебе, зачем, продай да продай, на квартиры нам деньги дай. Ой, да вам это всё неинтересно, я ведь про фортепьяно хотел рассказать. Инструмент хороший, на нём играть – одно удовольствие. Я ведь и сам пианист.

– А инструмент, правда, принадлежал Тропинину, он точно подлинный?

– Да, да не сомневайтесь, у меня и документы есть, и фотография, правда старая. Я ведь почему его купил, Тропинин – мой дальний родственник, а я давно составляю своё генеалогическое древо и собираю ценности, относящиеся к моим знаменитым родственникам. В моей коллекции есть статуэтки, принадлежащие когда-то Барковой, посуда из дома Демидовых и другие раритеты.

– Вы так хорошо знаете историю своей семьи? – удивился Назар.

– Этим увлекался ещё мой дед, а вот внуки мои уже не хотят, жаль, что у меня только двое внуков, и дочь их неправильно воспитала. Впрочем, у меня только одна дочь.

Иволгин вздохнул и продолжил:

– Всё что я покупал, мне удавалось скрыть от внуков, но фортепьяно-то не утаишь, вот мне и приходится его продавать. Возьметесь?

– Знаете, мне надо подумать, фортепьяно – это такой специфический товар, вы приходите завтра к десяти часам, я буду вас ждать.

– Хорошо, завтра так завтра, только не тяните с этим вопросом, пожалуйста, завтра непременно дайте мне ответ. До свидания.

– Всего хорошего. Удачного дня.

Когда Иволгин ушёл, Магнолина Андреевна встала, открыла форточку, поставила компьютер на спящий режим и обратилась к Назару.

– Извини меня, я сейчас вернусь, попроси, чтобы нам принесли свежий кофе.

– Конечно, Магнолия.

Магнолия решила умыться, сполоснуть лицо и руки. Эта привычка была у неё ещё с детства. Когда ей было плохо, или её что-то беспокоило, она всегда шла в ванную, вода ей очень помогала привести мысли и чувства в порядок.

Вернувшись в кабинет, Магнолия уселась в удобное кресло, рядом с шурином.

– И что скажешь?

– Думаю, покупка не окупится, без Анжелы мы не сможем его выгодно продать, ты же знаешь, что она лучшая в этом деле.

Магнолия взяла со стола чашку с кофе. Назар продолжил:

– Об этом Иволгине писали в газетах, ты, наверное, не помнишь.

– Хотя я и являюсь директором, но я во всём полагаюсь на тебя, тем более в таких вещах, как сбор информации о коллекционерах и их коллекциях.

– Да, это часть моей работы, у меня дома лежит где-то статья об этой покупке, специально ведь такие статьи собираю, а вдруг когда-нибудь пригодятся.

– Хорошо, я посмотрю дома. Я тоже думаю, что нам не стоит брать фортепьяно, сумма, конечно, не астрономическая, но всё равно, если не продадим инструмент за месяц, даже эти деньги не сможем себе вернуть. Позвоню-ка я Петрову, может быть, он возьмется за это дело – у него клиентская база больше, может кому-то и надо фортепьяно.

– Хорошая мысль, а я сейчас пойду доделывать отчет. Спасибо за кофе.

– Тебе спасибо за компанию.

На следующий день, когда Иволгин пришёл за ответом, он показал документы и фотографии фортепьяно. Магнолина Андреевна предложила ему обратиться к Петрову. Петров пообещал купить раритет за сто двадцать тысяч, такую сумму назвала ему Магнолия. Иволгин взял телефон антиквара и, конечно же, ушёл довольный.

Прошло два месяца.

Магнолина Андреевна ехала на работу, было тепло по-летнему, хотя был конец сентября. Отпуск она уже отгуляла и теперь с новыми силами приступила к исполнению своих обязанностей.

Магнолия остановилась перед светофором, и тут мимо неё на большой скорости промчался красный спортивный автомобиль, за рулем был парень. «Всё-таки продал», – подумала Магнолия, моментально вспомнив всю историю про Иволгина. «Интересно, как он там поживает? Жаль, что не оставил телефона. Может у Петрова есть какие-то координаты?».

Магнолия припарковалась у банка, достала телефон и стала звонить:

– Николай Семенович, здравствуйте, Магнолина Андреевна беспокоит. Вам удобно разговаривать? Хорошо. Я просто хотела узнать про Иволгина Николая Даниловича, может быть, вы помните, я отправляла его к вам. Да, тот самый, который хотел продать фортепьяно. Как не пришёл на встречу? А фортепьяно он вам не привёз? Странно... Нет, нет, всё нормально, просто вчера у знакомых его фортепьяно увидела, решила поздравить Николая Даниловича с удачной сделкой. Может быть, Иволгин вам телефон или адрес оставил? А, в договоре есть, отлично. Найдите, пожалуйста, и перезвоните мне на сотовый. Спасибо. До свидания.

Магнолия занялась своими делами. Через час Петров перезвонил и сказал домашний номер Иволгина. В обеденный перерыв Магнолина попыталась дозвониться до пианиста, но никто не брал трубку. Посмотрев в базе данных домашний адрес Иволгина, у неё, как директора учебного центра, была лицензионная версия базы, Магнолия, предупредив секретаря, что сегодня уедет по делам, отправилась на квартиру к пианисту.

Иволгин жил в обычном девятиэтажном доме на седьмом этаже. Магнолина Андреевна долго нажимала на звонок, прежде чем ей открыли дверь.

– Здравствуйте, могу я повидать Николая Даниловича?

– Его нет, – бросила девица неопределенного возраста, то ли тридцати, то ли пятнадцати лет, Магнолия так и не поняла.

Одета девушка была в безразмерную футболку до колен и коротенькие шорты. Вид её был заспанный и какой-то небрежный.

– Простите, что разбудила, хотя день уже почти прошёл, мне нужно переговорить с Николаем Даниловичем, когда я могу его застать?

– А никогда, он здесь больше не живёт.

– Не скажите ли, куда переехал?

– Слушай, а тебе зачем мой дед, а? Небось, денег у него занять хочешь, так он не даст, он настоящий жмот.

– Так вы Татьяна, внучка Иволгина?– Магнолия решила не обращать внимания на хамство.

– Ну да, а тебе-то чё? Мне ещё это ... делами заняться надо,– девушка встряхнула головой, поправила волосы и собралась закрыть дверь, но Магнолия её остановила.

– Что, – машинально поправила она, – я просто хотела отдать Николаю Даниловичу долг,– Магнолия решила, что это подействует на девушку отрезвляюще.

И действительно, Татьяна оживилась.

– Вот это другой разговор. Проходи в комнату что ли, правда, там у меня не прибрано, но ты не обращай на это внимания.

Магнолия вошла в четырехкомнатную квартиру Иволгина. Она прошлась по комнатам, но фортепьяно нигде не заметила.

– Вы тут с дедом вдвоем живете?– спросила она у Тани, когда та повернулась к ней.

– Нет с матерью ещё, тока она на работе.

– Только, – опять машинально поправила Магнолия.

– Чего, ты деньги-то давай, я деду передам.

– Так не пойдет. Меня просили передать их лично в руки. Вы мне скажете, где сейчас ваш дед, как я могу его найти?

– Не знаю. Сегодня какое число?

– 26 сентября, – ответила Магнолия

– Значит, я его уже две недели не видела.

– И вы совсем про него ничего не знаете? Не волнуетесь за него?

– Ну, мамка что-то говорила, только я забыла, я ведь в этом году в институт медицинский поступала на заочное отделение. Экзамены там всякие, заботы, не до деда было.

– Это же в августе было, а сейчас конец сентября.

– И чего? Ты денег-то дашь?

– Нет. Мне нужен Николай Данилович.

– Ну, так и иди, ищи его сама.

– Хорошо. Я бы хотела переговорить с вашей мамой, может она мне что-то скажет, когда она будет дома? Как её зовут?

– Валентина Николаевна. К семи часам придет, если на работе не задержится.

– А где она работает?

– В местном супермаркете продавцом, образования-то у неё нет.

– А ты сама поступила?– полюбопытствовала Магнолия и удивилась, зачем спросила, и так ведь понятно.

– Нет, но у меня ещё есть время, я ведь молодая, а мамка моя старая, ей недавно сорок пять исполнилось.

Магнолия ничего не сказала девушке по этому поводу, она распрощалась с Таней и решила зайти в местный супермаркет, переговорить с Валентиной.

– Здравствуйте, – обратилась она к кассирше, – я ищу Иволгину Валентину, не подскажете, где можно её найти?

Девушка кивнула и спросила:

– Она продавец, да? Такая невысокая полненькая женщина?

– Не знаю, но думаю, что так,– в квартире Иволгина на стенах и в серванте Магнолия видела семейные фотографии.

– Минутку, я сейчас её позову.

– Спасибо.

И действительно, к Магнолии подошла та самая женщина, которую Габрова видела на фотографиях.

– Здравствуйте, – обратилась она, – вы меня спрашивали?

– Здравствуйте, меня зовут Магнолина Андреевна, я бы хотела повидать вашего отца, Николая Даниловича, подскажите, где он сейчас.

– У вас такое редкое имя, вы вообще кто? Зачем вам мой отец?

– Я директор антикварного магазина «Волшебная пыль», ваш отец, – но Валентина перебила её:

– Мы ничего покупать не будем и деньги возвращать тоже не будем.

– Вы о чём? Я просто хотела поговорить с Николаем Даниловичем, узнать как у него дела, узнать, кому он продал фортепьяно и за какую цену.

– Ах, вот оно что, тогда подождите меня, пожалуйста, у меня сейчас будет обеденный перерыв, и мы поговорим в спокойной обстановке.

– Хорошо, подходите, пожалуйста, в кафе – в соседнем доме, через дорогу.

– Вы знаете это место?– удивилась Валентина.

– Да, это проект моего мужа.

– Хорошо, я сейчас подойду.

Магнолия вышла из магазина, перешла дорогу и зашла в небольшое уютное кафе. Это было классическое кафе. С большими окнами, небольшими столиками и удобными стульями, приятной музыкой и вежливыми официантами. Магнолия заказала себе легкий грушевый десерт и чашку кофе по-мексикански.

Через пару минут подошла Валентина. Она заказала: салат, курицу с рисом и зеленый чай.

– Это чудесное кафе. Здесь вкусно кормят и приятные цены, – начала разговор Валентина.

– Да, но я хотела бы поговорить о вашем отце. Куда пропал Николай Данилович?

– Что значит пропал? Он сейчас отдыхает в пансионате «Астра».

– Ваша дочь сказала, что с начала августа его не видела. Он так долго отдыхает?

– Вы разговаривали с Таней?

– Да, а потом пошла к вам.

– Хорошо. Вы мне толком не объяснили, зачем вам мой отец?

– Просто хотела поговорить с ним.

– О чём?

– Это мое дело, рабочего характера.

Валентина сразу переменилась, Магнолия этого не заметила.

– Ты мне зубы-то не заговаривай, я знаю, что у отца появилась молодая любовница, сразу поняла, что ты она и есть.

Магнолия поперхнулась кофе.

– Что, простите?

– Говорю, на квартирку-то не надейся, она на Егора и Таню записана, так что тебе ничего не достанется.

– Я же вам объясняла, я – директор магазина, зачем мне ваша квартира? У меня есть муж, большая семья, загородный дом – зачем мне ваш отец?

– А кто тебя знает, соврешь, дорого не возьмешь, документы-то свои покажи, а то придумала себе имечко Магнолина и радуется, а сама-то, небось, какая-нибудь Дуська Петрова.

– Если вы газет не читаете и про меня ничего не знаете, это уже ваши проблемы.

– Да, кто ты такая! Черт тебя подери.

– Я с вами в таком тоне разговаривать не буду. Я просто забочусь о вашем отце, а вы напридумывали себе лишнего и верите в это. Пейте лучше чай, он успокаивает.

– Не учи меня, я старше тебя.

– Не намного, всего лишь на пять лет.

– Тебе сорок?

– А вы что подумали? Ладно, прекратим этот бессмысленный разговор. Вы мне лучше адрес пансионата напишите, и я уйду, – Магнолия достала из сумочки ручку и блокнот и протянула Иволгиной.

– Да, не знаю я точного адреса, показать дорогу могу. Машина есть?

– Разумеется.

– Давай тогда завтра поедем, мне всё равно навестить отца надо. Завтра ведь воскресенье.

– Нет, извините, я как-нибудь сама тогда найду. Пансионат «Астра» называется, если я правильно поняла? – Магнолия положила блокнот обратно в сумку.

– Ну да, «Астра».

– Что ж, всего хорошего вам. Надеюсь, мы с вами больше не увидимся, – Магнолия встала, положила на стол деньги за кофе и вышла из кафе.

Пока они разговаривали, погода испортилась. Набежали тучи, пошёл мелкий колючий дождь.

Магнолия добежала до машины, включила радио и откинулась на сиденье. Она не торопилась уезжать. «Хорошо-то как, в теплой машине. Бедная женщина. Таких, как эта Валентина, стоит пожалеть. Теперь я прекрасно понимаю, почему Иволгин уехал от них. С ними же невозможно разговаривать, не то, что жить. Ну ладно, надо взять себя в руки».

Зазвонил телефон, Магнолия, не взглянув на экран, по приятной мелодии догадалась, что это кто-то из домашних, и поэтому ответила привычной фразой: «Привет, люблю тебя», – а затем продолжила, услышав ответ:

– Да, сынуля, я тебя слушаю. Так, сегодня у нас суббота, да ты можешь пойти к Васильевым, только долго не задерживайся, хорошо? Если что, звони. Да, я знаю, что Света и Яна пошли в боулинг-клуб, ты можешь пойти завтра, если захочешь. Ладно, дома поговорим. Целую тебя, мой дорогой.

Разговор с сыном окончательно успокоил Магнолию. Она завела машину и, взглянув на часы, они показывали около четырех, решила поехать на работу к сестре, привести свои ногти в порядок.

Катерина, сестра Магнолии, работала в салоне «Лилия». Через пятнадцать минут Магнолия была уже на месте.

У Кати была клиентка, Магнолия, расположившись в удобном кресле, стала ждать сестру. Она попила минералки, полистала разложенные журналы и посмотрела несколько превосходных рекламных роликов салона.

Магнолию в этом салоне красоты знали и любили не только потому, что она Катина сестра, но и за то, что она очень приятная женщина, с которой можно поговорить на любую тему.

Вскоре Катя освободилась, Магнолия подсела к ней.

– Это хорошо, что у меня сейчас перерыв, – Катя взглянула на ногти сестры, – они у тебя в порядке, мы же с тобой двенадцать дней назад все процедуры делали, перед твоим выходом на работу.

– Да, а мне показалось, что месяц прошёл, сразу столько дел навалилось. Ну что ж, ты завтра вроде не работаешь?

– Да, завтра у меня выходной.

– Отлично, приглашаю тебя составить мне компанию, я поеду в пансионат к одному знакомому пианисту.

– С ночёвкой?– засмеялась Катя.

Она мало походила на сестру. Если Магнолия была довольно высокой, то Катя была среднего роста, с темно-каштановыми волосами средней длины, она часто собирала их в хвост, чтобы не мешали при работе. У Магнолии были светлые волосы, она носила их распущенными, это так шло к ее серо-зеленым глазам. Раньше она тоже была темненькой, но потом стала краситься. И красила её Катя. Сестры доверяли друг другу и всегда могли друг на друга положиться.

– Нет, мне хочется просто его увидеть. Сегодня ты как работаешь? До пяти?

– Да,– ответила Катя и взглянула в окно: дождь не прекращался, а, напротив, только усиливался.

– Отлично, тогда я посижу здесь, подожду тебя, домой вместе поедем.

– Было бы замечательно. Мне не хочется вызывать такси.

– В дороге я тебе всё расскажу про Иволгина, а сейчас, может быть, тебе чем-то помочь?

– Да нет, вон Марина Стрижак подъехала, сейчас я её буду обслуживать. Ты посиди пока в холле, поболтай с нашей Алёной, она любительница сплетен.

– Но я то – нет.

– Прекрасно знаю, но ты послушай её, может, что узнаешь интересное.

– Хорошо.

Час пролетел быстро. Сестры Габровы поехали домой. Магнолия рассказала Кате всю историю знакомства с Иволгиным, даже то, что в тот день видела его машину в нескольких местах. Катя посоветовала рассказать об этом пианисту.

На следующий день ещё не было девяти, как машина Габровых выехала из посёлка «Космос». В это воскресное утро на дорогах почти не было машин. Утро было прохладным, но день обещал быть чудесным. Накануне вечером Магнолия задала маршрут до пансионата в своём навигаторе и поэтому спокойно вела машину, сверяясь с показаниями прибора. До пансионата «Астра» сестры доехали часа за два.

Пансионат занимал большую территорию, это было красивое место, расположенное на берегу реки. Осенние листья шуршали под ногами, Магнолия и Катя шли к главному корпусу.

По территории гуляли отдыхающие, в основном это, конечно, были люди старшего поколения. «Астра» был пансионат средней руки, не так чтобы шик, но жить можно.

– Удивительно, что нас никто не остановил,– заметила Катя, которая привыкла к тому, что на частной территории всегда бывает охрана.

– Мы же машину за воротами оставили, так что всё в порядке, а вот если бы на машине поехали, нас бы сразу и остановили,– начала рассуждать Магнолия, но Катя её уже не слушала.

– Ой, смотри, какой фонтан, это же просто сказка!

– Да, красиво, надо бы сфотографироваться, вставай-ка сюда.

Катя приняла красивую позу, Магнолия сделала пару снимков на сотовый телефон.

– Всё, идём.

– Конечно.

Сестры зашли в парадные двери главного корпуса и оказались в фойе. Там было прохладно, работал кондиционер, стоял большой аквариум, было несколько кресел, на стене висела плазма.

Магнолия тотчас же обратилась к администратору, это был миловидный мужчина лет тридцати:

– Здравствуйте, вы не подскажите, в какой комнате я могу найти Иволгина Николая Даниловича?

– Здравствуйте, а вы ему кто?

– Просто знакомая, хотела его навестить, а что, разве нельзя пройти?

– Нет, почему же, я просто обязан вас записать как посетителей. У вас документы с собой есть?

– У меня только водительское удостоверение с собой, подойдёт?– Магнолия протянула ему пластиковый билет.

– Конечно, секунду, – мужчина провёл сканером по удостоверению, и тотчас же на экране его компьютера высветилась информация о Магнолии.

– Всё в порядке, – он протянул ей документ, – надо же, у вас такое редкое имя.

– Да, – улыбнулась Магнолия.

Катя подала администратору свой паспорт, мужчина быстро заполнил необходимые компьютерные графы и вернул ей документ.

– Всё в порядке, вы тоже можете проходить. Уважаемые дамы, только наденьте, пожалуйста, бахилы, ваш знакомый проживает в четырнадцатом номере на первом этаже, пятая комната слева.

– Спасибо,– отозвалась Катя, натягивая синенькие тапочки. Магнолия уже успела просунуть свои туфельки в бахилы и быстрым шагом направлялась в четырнадцатую комнату. Катя поспешила за ней.

Магнолия постучала в дверь и, подождав несколько секунд, решительно открыла её.

– Здравствуйте, Николай Данилович.

– Здравствуйте, голубушка, Магнолина Андреевна, – улыбнулся Иволгин и встал с кровати, отложив книгу, которую только что читал.

– Простите, мы приехали без приглашения, я захотела просто вас повидать, это моя сестра Екатерина, – представила сестру Магнолия.

– Очень приятно, – ответил Иволгин.

Магнолия заметила, что за эти два месяца он сильно изменился. В июле к ней он приезжал одетый с иголочки, довольно элегантный, чисто выбритый. Теперь же Иволгин был одет в спортивный костюм, был не брит. Весь его бодрый вид как-то сник. И возраст сразу проступил на лице. Почти семьдесят, теперь это было очевидно.

– Как вы тут поживаете? – спросила Магнолия, оглядев комнату.

Это была стандартная комната: с двумя кроватями вдоль стен, небольшим столиком и тумбочками. В углу стоял низкий холодильник, был старенький телевизор. В общем, стандартный набор для пансионата такого уровня.

Соседа Иволгина в комнате не было, но на вопрос Магнолии пианист предложил:

– Не возражаете, если мы прогуляемся, погода, знаете ли, чудесная, а я что-то засиделся в комнате.

– Идемте, конечно, пока тепло можно и погулять.

– Тогда одну минутку, я переобуюсь.

– Хорошо. Мы подождем вас в фойе, – сестры Габровы вышли из комнаты.

– Как он тебе?– спросила Магнолия Катю

– Ты говорила ему чуть больше пятидесяти, а на вид-то под семьдесят, – сестры сняли бахилы со своей обуви.

– Да, он очень сильно сдал, но с такой семьёй, как у него, и не такое может произойти.

– Всё дамы, я готов, – Иволгин вышел из комнаты, надев легкую куртку поверх костюма, сменив тапочки на обычные черные ботинки и взяв с собой ключи.

Заперев дверь, Иволгин вместе со спутницами вышел на улицу.

Полдень выдался солнечный. Дул легкий осенний ветерок. Пианист и сестры Габровы прогуливались по дорожкам пансионата.

– Я очень рад, что вы посетили меня, знаете, я несколько последних дней думал о вас, как будто знал, что приедете, всё никак не мог забыть вас, наши встречи, хотел вас снова навестить, но как-то не решился, – начал разговор Николай Данилович.

– Но мы с вами встречались только два раза, как же так? Я и не предполагала, что вы меня ждёте. Думала, вы и не вспомните, кто я.

– Такого человека, как вы Магнолия, трудно забыть, тем более у вас такое чудесное имя, очень редкое.

– Его отец выдумал, он хотел, чтобы я выросла необычной девочкой, и вот перед вами результат.

Иволгин засмеялся:

– Какая же вы всё-таки необычная, вам и не дашь сорока, вы просто образец для подражания: мудрая, милая, обаятельная, красивая...

– Мне очень приятно, спасибо. Я, собственно говоря, хотела бы признаться, что совсем не думала о вас с тех пор, как посоветовала вам обратиться к Петрову. Знаете, я просто на днях увидела вашу машину, вот и вспомнила о вас. Столько было дел...

– Не оправдывайтесь, Магнолия, я всё прекрасно понимаю. Кто я вам, так, случайный знакомый. Это не страшно, я рад, что хоть через мою машинку, вы вспомнили обо мне, меня только одно удивляет, как вы могли запомнить мой автомобиль?

– О, это просто, также как и с моим именем. Красный спортивный автомобиль, оказывается, редкая птица в нашем городе.

Иволгин вздохнул:

– И всё же вы – поразительная женщина, запомнить марку моей машины, ни разу не видя её…

– Почему же, – вставила Катя, – Магнолина видела вашу машину много раз в день вашего знакомства. Она вчера рассказала мне эту историю, это было так удивительно.

Иволгин поднял брови:

– Правда? Я что-то не припомню.

– А вы помните, – начала Магнолия, – как в конце июля приезжали ко мне в магазин и в тот день ждали меня? Так вот, я могу описать ваш маршрут до нашего знакомства, так получилось, что я ехала за вами следом. Заметила вашу машину я на кольцевой, мы стояли у светофора, но как только загорелся зелёный, вас и след простыл, затем вы были в редакции газеты «Зеленая лампа».

– Верно, верно я там был. Давал объявление о продаже автомобиля. Знаете ли, я люблю, чтобы всё было по старинке, можно было бы интернетом воспользоваться, но объявление в газете мне как-то привычнее.

– Когда я завершила в редакции все свои дела, вашего авто на стоянке уже не было. Я заехала выпить кофе в кафе «Солнышко» и удивилась, увидев красный автомобиль.

– Да, да, вспомнил, я тогда еще женщине кошелек вернул. Не знал, что вы были рядом.

– Я сидела за дальним столиком и наблюдала за событиями из окна. Хотела вмешаться, но передумала. А вы были таким молодцом, сразу обо всём догадались.

– Не смущайте меня, Магнолия, я просто сделал доброе дело.

– Вот это и ценно. А знаете, мне хотелось бы узнать, почему вы всё-таки продали свою машину, но не приехали к Петрову на сделку.

– Старость, Магнолина Андреевна, старость....

– Объясните, пожалуйста, если несложно, – попросила Магнолия.

– А, понятно, в вас говорит журналистское любопытство. Ну что ж, я расскажу вам эту печальную историю. Я, действительно, заключил контракт с Петровым, но не успел передать ему фортепьяно и соответственно получить деньги. Но теперь я думаю, что на всё воля божья – я в тот день угодил в больницу, в кардиологическое отделение.

– А почему это произошло? Что-то серьезное случилось? – взволнованно спросила Катя.

– В тот день мы с моим другом, Алексеем Вдовиным, он живет в моем же подъезде на первом этаже, вызвали грузчиков. Они спустили фортепьяно вниз и позвонили в фирму грузоперевозок, но машина задерживалась. Я поднялся к себе выпить чаю, тут появился мой внук Егор.

Он был весь красный и очень злой. Я, естественно, спросил, что случилось. Лучше бы не спрашивал. Оказалось, Егор брал мою машину без спроса и попал на ней в аварию, к сожалению, виноват был он. Егор стал просить у меня большую сумму в долг, таких денег у меня не было, к тому же я знал, что он не вернёт. Мой внук, к сожалению, любитель красивой жизни. Я не сдержался, отругал его и сказал, что не намерен потакать его прихотям.

Иволгин вздохнул и продолжил:

– В итоге завязался скандал, я думал лишь о том, как теперь быстро отремонтировать автомобиль, ведь я же уже договорился с покупателем. В общем, про фортепьяно я напрочь забыл. Когда Егор ушёл, мне стало плохо, я не мог встать с кресла, сердце ужасно ныло. Слава богу, вскоре пришла Валентина, она вызвала скорую, меня увезли в больницу.

Иволгин замолчал, они подошли к скамейке, присели, Николай Данилович продолжил:

– В больнице я находиться не мог. С детства не люблю эти заведения. Через три дня, когда мне стало немного лучше, я позвонил Алексею, он тотчас же приехал ко мне со своей сестрой, Ириной. Знаете, она такая замечательная, и как я раньше этого не видел...

Магнолия и Катя тактично промолчали.

– Так вот, я попросил своих друзей забрать меня к себе. Хотел немного пожить у них, прийти в себя так сказать. Но Алексей мне предложил другой выход из ситуации: взять путевку в санаторий и хорошо отдохнуть. Я согласился, тем более Ирина должна была поехать со мной. Леша зашёл к Вале и взял у нее одну из моих статуэток, естественно с моего разрешения. Мы удачно продали эту вещицу Климовскому, он давно её у меня выпрашивал. Вы ведь знаете Климовского Георгия Константиновича?

– Да, знаю. Встречалась с ним пару раз, он покупал у нас кое-какие вещицы, такой немного неприятный тип, похож на майского жука, – ответила Магнолия

Иволгин хохотнул:

– Верное сравнение, ну надо же, мне в голову приходило то же самое, когда я с ним общался. Ну ладно, в общем, продали мы статуэтку, а на вырученные деньги путевку сюда купили. Ира всего две недели отдохнула, ей отпуск в театре дали, она там вахтером работает, а я, как барин, уже два месяца здесь свое здоровье поправляю. Валя два раза была, а внуки и не кажут сюда носа. Алексей два раза в неделю приезжает, но всё равно здесь как-то скучно. Я не жалуюсь, нет, наоборот, рад, что вырвался из семьи, но чего-то мне не хватает. А вот вы приехали, и я понял, наконец-то, что меня гложет. Мне не хватает музыки души и сердца, не хватает теплого общения, приятных слов.

Он замолчал и внимательно посмотрел вокруг, как будто, припоминая что-то.

– А что же случилось с фортепьяно?– спросила с любопытством Катя через минуту.

– Оно так и стоит у Лёши в квартире. Мне как-то расхотелось его продавать, я, знаете ли, осознал, что мои внуки совсем меня не ценят. Пусть живут, как хотят, нет, нет в завещании я, конечно, их укажу, но до того момента они от меня больше ничего не получат. Я интеллигентный человек, поэтому не способен терпеть их хамство. Я так решил: мне отдыхать здесь ещё пару дней осталось, а потом я буду жить с Ириной, она не против. Она вдова, детей у неё нет, квартира двухкомнатная в центре, что еще надо? На работу бы устроиться, да только кто меня возьмет.… Ну, ничего, значит пришло время продавать обратно раритеты, нам с Ириной много и не надо, проживём как-нибудь.

– Может, что-то другое придумаете, например, в сторожа пойдете,– начала Катя, но Магнолия её перебила:

– Николай Данилович, у меня появилась другая идея, я могу переговорить с Пироговым Владимиром Ивановичем, он является директором моего подшефного детского дома. Они часто устраивают театральные вечера, концерты, им нужен хороший пианист. Что скажете?

– Это так неожиданно. Конечно, я согласен, а вы уверены, что я справлюсь с обучением детей из детского дома?

– Конечно, справитесь, детки очень хорошие, воспитанные, умные. Я десять лет была у них директором, с ними всё в порядке, они обычные дети, только им, как и вам, не хватает тепла человеческих сердец и доброты общения, как вы сказали, не хватает музыки души и сердца.

– Хорошо, я согласен, я даже готов подарить им свое фортепьяно.

– Вот и отлично, я сейчас дам вам визитку и расскажу, как добраться до места. Только об одном прошу вас, будьте молоды душой и сердцем, чтобы не случилось, – Магнолия достала визитку, подала её Иволгину.

– Все будет в порядке, дорогая Магнолия, я вам обещаю. Я знаю этот район, не волнуйтесь.

– Хорошо, Николай Данилович, приезжайте к Пирогову, как только у вас будет возможность.

– Рад был вас увидеть, спасибо ещё раз за предложение, приятно, когда люди делают добро по велению сердца, а не за какие-то блага.

– Разумеется, очень приятно. Я надеюсь, что у вас всё будет хорошо.

– Я постараюсь,– улыбнулся Иволгин сестрам.

Габровы проводили Иволгина до корпуса и вскоре попрощались с ним.

Прошло несколько дней. К первому октября в учебном центре «Ступеньки» давали концерт. Магнолина Андреевна открывала этот вечер, который проходил в большом актовом зале. Она позвала своего дядю, родителей мужа, других знакомых старшего поколения. Были и журналисты из газеты «Зеленая лампа», они освещали это мероприятие.

Неожиданностью для Магнолии стало то, что директор детского дома, поздравляя присутствующих с праздником, объявил, что для них выступит пианист Иволгин.

На сцене стояло то самое фортепьяно, которое видела Магнолия на фотографиях, принесенных Иволгиным три месяца назад, но Магнолина Андреевна как-то не придала этому значения, в суете приготовлений она просто не обратила на это внимания. А теперь, сидя в зале, Магнолия хорошо разглядела инструмент. Это было старинное фортепьяно, с массивными ножками и широко раскрытой крышкой.

«Какая всё-таки красота», – подумала она, наблюдая за действием на сцене.

Иволгин вышел на сцену, одетый с иголочки, побритый, посвежевший и какой-то воодушевленный. Он поклонился.

«Вот это я понимаю, пианист, а то в пансионате был какой-то старичок», – Магнолия оглядела зал и увидела в первом ряду миловидную, очаровательную женщину, лет пятидесяти, которая сильнее всех хлопала Иволгину.

«Ирина», – догадалась Магнолия.

Зазвучала прелестная музыка, такая душевная, искрящаяся, идущая волной от сердца к сердцу, от души к душе. Присутствующим на этом вечере – концерте хотелось действительно петь, веселиться и совсем не думать о грустном. Музыка будила их самые сокровенные желания, давала возможность вспомнить самые приятные моменты своей жизни и заветные мечты. Эта музыка согревала каждую клеточку тела, она проникала в подсознание, расслабляла мышцы и заставляла каждого прислушиваться к ней. Это была волшебная, удивительная музыка, звуки которой шли от чистого большого сердца.

Когда зазвучала последняя затяжная нота, весь зрительный зал замер, не было слышно ни слова. И вот Иволгин встал, поклонился присутствующим, через секунду раздались такие аплодисменты, что казалось, будто на миг все перенеслись к Ниагарскому водопаду, и звук воды заглушает все другие звуки.

Овации закончились, объявили чайную паузу. Магнолина Андреевна вышла из зала, она решила найти Иволгина и поздравить его с успехом.

Николай Данилович сидел в кабинете Владимира Ивановича, пил чай.

– Николай Данилович, здравствуйте, очень рада вас видеть, ваша игра просто виртуозная, теперь я уверена, что у вас всё хорошо. Спасибо вам за выступление, это ведь тот самый инструмент?

– Да, тот самый. Магнолина Андреевна, это я вас должен благодарить за всё. Присаживайтесь ко мне пить чай.

– Да, с удовольствием, спасибо. Николай Данилович, я очень рада за вас. Я видела вашу Ирину, она такая милая, очень хорошая. Теперь я надеюсь, что вы долго будете у нас работать. Я со своей стороны хотела бы, чтобы вы научили и моих детей так потрясающе играть на фортепьяно. Я переговорю с сестрами и ребятами, и если они согласятся, то приезжайте к нам домой. У вас же есть мои координаты.

Николай Данилович кивнул, Магнолия, взяв печенье, продолжила:

– Проведёте несколько уроков, а там посмотрим. Разумеется, мы вам заплатим. Владимир Иванович вас взял уже на работу?

– Да, мы подписали контракт на три года, а потом как здоровье будет позволять, я ведь всё-таки не мальчик. Шестьдесят пять это не шутка.

– Вам столько и не дашь. Посмотрите на себя, чуть больше пятидесяти.

– Спасибо за возвращенный комплимент.

Магнолия улыбнулась, собираясь что-то сказать, но тут в кабинет вошла Ирина:

– Коленька, там тебя Владимир Иванович ищет, хочет поздравить с успехом, к нему журналист Виригин подошёл, попросил тебя найти, интервью хочет взять. Ой, здравствуйте, Магнолина Андреевна.

– Уже иду, – Иволгин вышел, Ирина села на его место налила себе чаю.

– Вы меня знаете?– удивилась Магнолия, сделав пару глотков.

– Владимир Иванович нам столько про вас рассказывал, что вы сделали для ребят, как вы им помогаете. Ваши фотографии показывал, согласитесь, женщину с таким именем трудно забыть.

– Наверное, – согласилась Магнолия.

– Мне и Коля про вас рассказывал, как вы к нему в пансионат недавно приезжали и подсказали обратиться к Пирогову.

– Да. Это оказалась неплохая мысль. Николай Данилович потрясающий пианист.

– Он в свое время консерваторию на отлично закончил, учился вместе с моим Лешкой, только Лёшка бросил, а Коленька получил диплом. Но они всё равно дружат.

– Согласна, в нашей жизни хорошие друзья много значат. Я тут пригласила Николая Даниловича к нам в гости, в посёлок «Космос», приезжайте и вы, если хотите, мы всегда рады гостям.

– Как-нибудь на выходных обязательно приедем.

– Будем все с нетерпением вас ждать. Спасибо за чай и компанию.


Прошло полгода. Николай Данилович Иволгин давал уроки не только в детском доме, где официально работал, но и в музыкальной школе. День его был расписан по часам, но он никогда не забывал навещать Габровых. Дети не захотели учиться музыке, и сестры Габровы не настаивали, хотя Магнолии было очень жаль, что дети отказались. В доме у Габровых стояло чудесное фортепьяно, и Иволгин всегда, когда приезжал, играл новые пьесы, некоторые были даже его собственного сочинения. Несколько раз он приезжал с Ириной, и в один из таких приездов они пригласили Габровых к себе на свадьбу. Отказываться было неудобно, Габровы согласились. Но пообещали прийти только на официальную церемонию, чтобы не смущать остальных гостей.

Геркулес с Магнолией, Катя с Диего и Эмилия с Назаром подъехали к зданию Загса за полчаса до начала церемонии. Пока все на улице наслаждались хорошей погодой, радовались теплому апрельскому дню, Магнолия зашла в здание поправить прическу, накануне сестра накрутила ей волосы, теперь они развивались мелкими кудряшками.

Магнолия стояла у зеркала и пыталась привести волосы в порядок. К ней подошла женщина, это была Валентина.

– Здравствуйте, Магнолина Андреевна,– начала разговор Валентина.

– Здравствуйте, – холодно отозвалась Магнолия, ей не хотелось говорить с Иволгиной, поэтому она повернулась, собираясь уходить.

– Я бы хотела поговорить с вами,– остановила её Валентина

– Извините, но меня ждёт муж

– Это не займет много времени. Я бы хотела извиниться перед вами.

– Инцидент исчерпан, я уже всё давно забыла, я не держу на вас обиды.

– Мне хотелось бы всё-таки извиниться перед вами.

– Лучше попросите прощения у своего отца, так будет правильно.

– Вы поедете в театр? Отец пригласил оркестр, заказал лимузин, фотографа. Мы ждём вас.

– Не думаю, что это хорошая идея, мы поздравим сейчас Николая Даниловича и Ирину Львовну и поедем домой. Нас ведь много...

– Папа огорчится, соглашайтесь Магнолина, мы вам всегда рады.

– Ваши дети будут?

– Да, Егор и Танюшка подъедут

– А здесь их почему нет? Мне кажется, регистрация важнее банкета.

– Таня в квартире чистоту наводит, а у Егора важные дела.

– Ясно. Идемте, сейчас начнется церемония.

Церемония длилась около двадцати минут, но за это время к зданию загса успели подъехать оркестранты, чтобы установить инструменты. И как только Иволгины вышли, их друзья из театра заиграли чудесную мелодию, посвященную молодоженам. Николай Данилович и Ирина Львовна были очень растроганы. Они с удовольствием принимали подарки и поздравления, приглашая всех вечером в театр «Бременские музыканты», где и должен был проходить банкет. Что касается Габровых, то на банкет поехали только Магнолия и Катя, у остальных нашлись неотложные дела.

Эта свадьба надолго запомнилась общественности города Новогорска. За полгода Иволгин приобрел много поклонников, поэтому на его свадьбе было полно гостей, было очень шумно и весело, никто не остался разочарованным. Живая музыка звучала каждые пятнадцать минут. Гости долго не хотели расходиться. Гуляли почти до утра. Но главным событием этого вечера стало примирение деда и внука. Егор приехал в самый разгар праздника, он вошёл в здание театра и, поднявшись в банкетный зал, подошёл к деду.

– Милый мой, горячо любимый дедушка, прости меня за всё. Я наблюдал за твоими успехами и понял, что в жизни всего можно добиться, если только захотеть. Я возвращаю ключи от твоего автомобиля. Дед, ты не волнуйся, я сам заработал денег, вернул все долги, отремонтировал машину и взял уже квартиру в кредит, так что всё у меня налаживается благодаря тебе. Ты знаешь, я ведь когда всё это понял? Когда услышал твою удивительную музыку, сыграй нам, дедушка, пожалуйста, сыграй.

Не стесняясь гостей, он громко и отчетливо произнёс этот монолог, а затем подошёл к деду и крепко обнял его, вручив ключи от красного спортивного автомобиля. Внук растрогал Николая Даниловича, своими словами он нашёл путь к сердцу пианиста. Иволгин подошёл к инструменту, это был обычный театральный рояль, он поднял крышку и заиграл.

Звуки музыки, наполнившие зал, были повсюду: они звучали, отталкиваясь от каждой тарелки, каждого хрустального бокала, растворялись в воздухе и вновь неслись навстречу заходящему солнцу.

Это был удивительный миг не только примирения, но и возрождения чистой души человека, верящего в простые истины. И каждый под звуки этой музыки мог на миг вернуться в детство и вспомнить о самом главном – об умении радоваться жизни, об умении быть счастливым. Ведь это самое важное в наше удивительное и непростое время.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Екатерина Орехова

Живет в г. Северск (Томская обл.). Окончила Томский государственный университет, филологический факультет. Увлекается литературным творчеством. Публикуется в интернете....

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР. (Проза), 173
МУЗЫКА ДУШИ И СЕРДЦА. (Проза), 135
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru