Проза
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
  Александра Самсонова

г. Москва

«МЫСЛИ КУСАЮТ ОГРЫЗОК КАРАНДАША…»

* * *

В воздухе пахнет сгоревшими милями,
Днями и снегом, растаявшим засветло.
В улицах, первою засухой застланных,
В тени помятой, горячей и заспанной
Волнами треплется зеленокрылыми

Облачный голос, ветвями обветренный
В сахарной пудре и пыли асфальтовой,
Тянущий руки, забывшись и веруя,
К тени сеченью за синею смальтою,
Сложенной строфами и поверьями.

Тонут глаза в отражении жемчуга.
В мире колышется рябью бездонною
В вымокшем вечере, вечно изменчива,
Музыка . Годы сомкнулись бутонами.
Свет тяжелей, чем котомка заплечная.

И между ветвями, ветрами ветхими
Есть лишь бумага, от почерка чистая,
Глубже, чем озеро. Солнце монеткою
Бросилось в очи. Круги бегут искрами,
Гонят раздумья осенними листьями
До берегов незабытого светлого.

* * *

Мысли кусают огрызок карандаша.
Вкус на губах – словно дерево, грифель.
Нет же, Вам надо писать не тая, не спеша,
Будто бы солнечный блик на коралловом рифе.
 
Вы мне встречались на лестнице рядом, лицом к лицу.
Звуки шагов так легко узнавались в толпе.
Жизнь Вам – метро. Там Вы движетесь по кольцу,
Круг бесконечный смыкая лишь на себе.
 
Вам интересны дела городов и стран,
Нравится фото на память – который дубль?
В окна Вы смотрите, словно в большой экран.
Чёрный квадрат? Нет, наверное, чёрный куб.
 
Вы – не портрет, а гравюра, следы, печать.
Вы – только повод, и голос уже не Ваш.
Сумерки синие спят у домов на плечах.
И в полудрёме скрипит по листу карандаш.

КНИГИ

Капли дождя на просвет чище
Искусства Леконт де Лиля.
Греция. Пальцы наощупь ищут
Краешки букв. Пол-листа осилив
И прослезившись от книжной пыли,
Ты - самый счастливый на свете сыщик.

Капли сирень одевают в дымку
Зеленого крепдешина.
Молочный свет наполняет крынку
Беседки. Сомкнутою пружиной
Тени по стенам. Крыши вершину
Дождь покоряет походкой зыбкой.

Рома-богиня простерла руки,
Кудри лучей раскинув.
Джозуэ. Россыпью лиры гулкой
Солнце играет над Палатином.
Плечи окутаны пелериной
Сумерек и дождевого звука.

Сетуя тихо на непогоду,
Зонты проплывают мимо.
Это - за шелестом книжных сводов.
В темной беседке под гул дождливый
Югом осыпанные долины
Шепчут неведомою свободой.

Под занавеской из серых нитей,
В решетке из капель звонких -
Оживший мир. Тишина в зените...
Желтых продрогших страниц хранитель -
Дождь этот. Строфы листая робко,
Расцеловав от корки до корки,
Прячешь в подушку слова и мир,
Его очарованный посетитель...

МАЙСКИЙ ВЕЧЕР

Воздух, израненный крыльями черных стрижей,
Свищет в ресницах синих каштановых рощ.
Спит над заоблачной дремой луны сырный грош.
Ветер качает лучей золотую рожь
И собирает снопы огневых кружев.
Свет испаряется, в снах его льет
Дождь.

На пересохших губах асфальта шуршат шаги,
Словно слова, не высказанные вослед.
Лето - столетие. На рубеже меж лет
Лето, закутав колени в вишневый плед, –
Лето взывает ко времени: «Не беги!»
В тоге садов ослепительно бел
Свет.

Словно чаинки, мгновения брось в стакан,
Чтоб они вспыхнули солнечным янтарем.
В каждом - байкальский кованый окоем,
Каждое дольше, чем тысячи дней за днем.
Падает слово в ладони ключами далеких стран,
Слово несказанной тайны – оно несказанно легко,
Будто бы нет миллионов таких мгновений
В нем...

ЭДЕМ

И в мире был день, и были они,
И дерзки мгновенья, и воздух мятен.
Одни в целом мире. Огни. Аминь…
Мир оплетён виноградной прядью;
Рассыпанный в тучной горсти долин,
Он сшит из лучей белоснежных пятен.
Свод неба горчил и был прян, что тмин,
И пел в каждом шаге и вдохе. Ни
Краёв, ни мишени – они одни,
Лишь ноты горели на солнце платьем
Из алого льна. В обнажённой глади
Сознания лился прозрачный свет.
Из корня единого да и нет
Бросали побеги, и мёдом камедь
Застыла на камне. И слово «память»
Не-было, бессмысленно, как и всё
Конечное в счастии безначальном.
Но палец на стрелке часов отчалил
От берега благости беспечальной,
И в доле далёкой стенали чайки.
Каплею уст припадая к току
Оси горючей у центра мира,
Коснулись кожицы. Расступилось
Сердце Вселенной – и занавес пал.
И мир залит светом был, словно соком,
И белые пятна не ближе скал,
Плодов Танталовых, синих льдин.
Свет сыпался зёрнами, словно кумин.
И мире был день.

* * *

В куртке пылится карта, к туфелькам льнут аллеи.
Утро грустит по марту, день по-июньски млеет.
Каждый мой шаг доверчив городу-талисману.
Синью подуй на плечи – рядом с тобою встану
И, опустив ресницы, чувствуя под ногами
Сны, тротуаров лица, день в акварельной гамме,
Вдоль неисповедимых дальних путей, бульваров,
В песни твоей картину, в магию улиц старых,
Я окунусь, что в заводь ярких огней вечерних –
Солнечными глазами, взлётами лент качельных.
Да, наугад, дорогу чувствуя сердцем чистым,
В розе ветров востока с башен рассеяв числа,
Что золочёным звоном Спасская стрелка сыплет
В зеркало меди зелёной и листовую кипень;
Следуя за твоею нитью от света к свету.
Льнут к башмачкам аллеи,
Стены в листве белеют,
Веют проулки летом.

* * *

Я читаю тебя взахлёб,
Как открытую новую книгу.
На сплетении лунных ликов
Звёздный свет, словно факел, лёг.

Я читаю тебя взахлёб…
О, какие ты видел страны!
За окном сквозь волну тумана
Тонкой долькой мерцает лёд…

Города, поезда, вода,
Грань времён и века империй…
Это дар – продолжать и верить,
И любить – вопреки, когда… –

И смотреть сквозь бокал вина
В тёмно-синий летящий вечер,
Где слова – это словно встреча,
Там, где тень фонарей длинна…

Засыпают дожди в страницах.
Череда облаков дымится.
Листопад на дороги льёт…
Я читаю тебя взахлёб…

ЗАВОЕВАТЕЛЯМ

...А после ничего не будет.
Не будит жёлтую равнину
Вороний крик. В пустом сосуде
Побеги проволокой длинной

Не вьются. Даже мысль о жизни
Звучала здесь бы святотатством.
У неба голубые ризы.
Опустошённое убранство,

Обглоданное до основы.
Оскалились зубцы развалин.
Растаял прах в глазном овале:
Нет, после не бывает "снова".

Несут в молчанье барабанов
Мир, словно голову на блюде.
Вороний крик на поле бранном, –
И больше ничего не будет.

БАЛЛАДА О РОЗАХ
1917

Ветер гуляет в просторах – вдоль, далью.
В стеклах, в оконных створках ветер гуляет.
Город размыт метелью. В маленькой оранжерее
Розы лампаду теплят, долгую полночь греют.

В этом стеклянном мире остановилось время:
Хрупкое перемирие в маленькой оранжерее.
Смотрит старик на розы. Снежная гуще копоть,
А над страной беззвездной буря сжимает когти.

Жизней опало сколько белыми лепестками...
В далях бесколокольных скрежет свинца и стали.
Дымные дни сдавили горлышки гулких улиц.
Когти страну обвили. Когти в стране проснулись.

Только под небом невским в тихой оранжерее,
Словно в уютной детской, розы надежду греют.

...Были разбиты стекла. Ветер в оконной раме.
Зыбкость земли чуть тёплой стынет под сапогами.
И, лепестков белее, он словно в сердце ранен:
Розовый куст алеет, срубленный топорами.

Алый бутон растоптан, белый цветок расстрелян.
Только дождливый ропот в старой оранжерее,
Только легла усталость белым крылом на веки:
Струнка в груди порвалась и замерла навеки.

...Перелистнув столетие, площади и аллеи,
Розы лампадой светят, сердце лучами греют.
Тянутся вверх бутоны там, где бессильно время.
Ветер гуляет в просторах старой оранжереи…

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Александра Самсонова

Родилась в 1994 г. в Москве. Училась в МГИМО. Публиковалась в журналах «Юность», «Вокзал», «Зарубежные задворки» (Дюссельдорф), «Кольцо А», «Введенская сторона» (СПб – Н.Новгород), газетах «Литер�...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

"МЫСЛИ КУСАЮТ ОГРЫЗОК КАРАНДАША…" (Поэзия), 166
ШИПОВНИК В ВЫГОРЕВШЕМ ТОНЕ… (Поэзия), 154
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru