Проза
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

Сергей Шелкошитов

г. Ставрополь

ШАХТА

Рассказ

1.

Двери банкетного зала гостиничного комплекса «Венера» распахнулись, и в образовавшемся проёме появился молодой человек. Статная фигура, облачённая в дорогой чёрный костюм, выдавала в нём толи пловца, толи легкоатлета. Идеальная стрижка, безупречная кожа. При взгляде на него, складывалось ощущение, будто манекенщик из рекламы парфюма протягивает вам руку, прямо сквозь четвертую стену эфирного вещания. Но моделью молодой человек не был, хотя на экране мелькал почти с той же периодичностью, что и любой пресловутый рекламный ролик.

Игорь Веллер, так его звали, был певцом и артистом, снискавшим популярность среди подростков и женщин, уже давно вышедших из нежного возраста. А потому, поддержание сногсшибательного внешнего вида, было для него таким же обязательным обрядом, как ежедневное истязание своего тела у некоторых религиозных групп. Слишком многое он вложил в статус «поп-звезды», и теперь, когда уже не он двигал свою музыкальную карьеру вперёд, а она, несла его, как река несёт несчастного, угодившего в течение, Игорю оставалось лишь не забывать хватать воздух, в этом постоянно усиливающемся потоке.

Музыка не была для Игоря Веллера ни искусством, ни страстью. Это был спорт, кровавый и беспощадный.

С детства Игорь посещал музыкальную школу. Отец был не богат, да и музыку не особо любил, но мать настаивала на всестороннем развитии мальчика. Игорь показывал огромные успехи. К концу обучения, он уже объездил весь родной край, выступая в составе хорового ансамбля. Поступив в консерваторию, Игорь начал заниматься ещё более упорно. Он изучал лекции преподавателей так, как изучают тактику игроки любого командного вида спорта. Он развивал в себе дисциплину, свойственную олимпийским атлетам. Он брал ноту с той напряжённостью, и тем усилием воли, которые приводят в движения кулак боксёра, окружённого канатами со всех сторон. Бах! Кровь, и зубы соперника, летят в сторону торжествующей толпы.

В тоже время Игорь уже начал записывать первые песни. Тексты и музыку для него придумывали такие же студенты, как и он сам, с той только разницей, что они НАДЕЯЛИСЬ, что «прорвутся», а он ЗНАЛ. Другой возможности Игорь Веллер допустить не мог! Он уже достаточно вырос, чтобы понять, что весь «золотой» запас своей энергии и сил он уже вложил в своё мастерство, и теперь начать сначала невозможно.

Голос Игоря пришёлся по вкусу руководству одной из крупных звукозаписывающих компаний. В почтовый ящик упал конверт, в котором было приглашение в будущее.

Как Игорь видел окружающих? Вы и сами можете догадаться. В раннем возрасте он ещё смутно воспринимал или, по крайней мере, старался воспринимать окружающих его людей как равных себе, однако, каждый раз, когда ему в голову приходила такая мысль, туман будто бы обволакивал её, мешая окончательному пониманию. С годами этот туман становился всё гуще, а потом стал и вовсе беспросветным. Со временем, Игорь убедился, что люди вокруг ему не ровня. Нет! Не для того он столько бился против собственной лени и чужих амбиций, чтобы теперь становиться с менеджером или бухгалтером в один ряд!

* * *

Игорь неспешно шёл в сторону лифта. За дверью банкетного зала он оставил несколько человек, которые в данный момент наслаждались (и конечно, строго оценивали) таланты одной из его юных протеже. После того как дверь захлопнулась, Игорь ещё продолжал слышать лишённую высоких частот музыку, бьющий в спину ритм и исказившийся голос.

Теперь, когда Веллер уже твёрдо обосновался на телеэкранах и радио, пришло время расширяться. Работа была довольно простая, но за то, с уймой плюсов. Игорь стал личностью широко известной, имеющей связи во многих кругах, и уже другие родители ринулись отправлять на обучение свои чада, но не в музыкальную школу, а к человеку знающему, и способному помочь. Всё что от него, в сущности, требовалось, это отделить совсем уж бестолковых и бесполезных детей от всех остальных и вернуть назад родителям. Затем провести несколько уроков вокала для оставшихся, организовать несколько показательных концертов перед продюсерами, и отправить детишек домой сожалеющими, но с уймой новых впечатлений. Редкими и очень редкими были случаи, когда его ученик куда-то «пробивался», и ни разу подобного не случалось без желания Игоря.

Самым приятным обстоятельством было то, что Игорь набирал только учениц. Красивые как взрослые девушки, но совершенно неразумные и доверчивые. Всем им было от четырнадцати до пятнадцати лет. Как говорил родителям этих детей сам Игорь: «это лучший возраст для того, чтобы начать».

Как раз сейчас он направлялся к одной из своих избранниц, для которых Игорь всегда предусмотрительно бронировал места в той же гостинице, где проходил «просмотр». Веллер спал с этими девочками, и в его мыслях, пользованье своими ученицами было столь же священным правом, как право льва вгрызаться в тело антилопы. Эти дети бестолковыми, как и их родители. Ведь они решили, что можно обойти весть тот путь, который прошёл сам Игорь, просто сунув последнему пачку купюр.

Он получал от их детей всё что хотел, и то, что эти девочки были так ценны в своих семьях, доставляло ему особое удовольствие. Завладеть ими было не трудно, ведь Игорь умел быть и ласковым и любезным, однако в постели с невинными созданиями он был жесток. Он словно пожирал их, забирая из юных тел всю жизнь и энергию, а затем отбрасывал использованных на простынь. О таком не расскажешь маме с папой. Иногда, в предвкушении оргазма, Игорь представлял, что родные девочек: отец, мать, дед, бабушка, маленький братик и бог знает кто там ещё, стоят у кровати подле них. В руках у них деньги, и пока Игорь уничтожает их дитя, родные швыряют на обнажённые тела купюры. Игорь смеялся над их глупостью. Затем отбрасывал и брался за следующую.

Веллер подошёл к лифту, однако путь в кабину ему загородил мужчина. Тот что-то разглядывал в дверях, но когда увидел Игоря, отошёл в сторону, при этом нажав кнопку вызова. Лифт подъехал, Игорь вошёл в кабину. Мужчина проследовал за ним. Двери купе сомкнулись.

2.

Кабина лифта была довольно просторной, с большим, в полный рост зеркалом напротив дверей. Мужчина, вошедший за ним, сразу же нажал на кнопку одиннадцатого этажа. Лифт с лёгким толчком двинулся вверх.

Словно запамятовав, вошедший обратился к Веллеру:

– Тебе на какой?

– Девятый.

Мужчина нажал на кнопку с цифрой «9».

Кабина лифта содрогнулась (вместе с сердцем Игоря), освещение несколько секунд «моргало», а за тем погасло. Пассажиры лифта гостиницы «Венера» оказались в кромешной темноте.

До сознания Веллера не сразу дошла суть произошедшего, но когда он понял, то почувствовал беспомощность. Невольно он начал дышать глубже и чаще. Нащупав ладонью кнопки, он быстро нажал на несколько. Никакой реакции. Игорь ударил кулаком по панели.

– Лифт встал. – услышал он спокойный голос своего попутчика.

Мозг Игоря начал суматошно перебирать варианты действий, и тут же ему на ум пришло решение.

– Мы ведь можем связаться с диспетчером?

Слышно было как зашедший за Игорем человек, ищет что-то в карманах. Свет от экрана телефона осветил кабину мрачным, металлическим светом, отразился от зеркала и забрезжил в лицо спутнику Игоря. Одет тот был просто, и Игорь решил, что вряд ли это постоялец гостиницы, и даже не посетитель, а скорее охранник или что-то в этом духе.

– Щас посмотрим – с этими словами, мужчина поднёс телефон к панели и нажал на кнопку, с выгравированным на ней значком микрофона. Игорь прислушался. Ничего. Мужчина нажал ещё раз, теперь задержав дольше палец на кнопке, но динамик не издал ни звука.

– Спешишь?

Игорь был растерян, и смысл слов дошёл до него с опозданием.

– Нет… Кажется нет. А что, у нас проблемы? – собственный голос показался ему трусливым и детским.

– Мы встряли. Теперь придётся ждать механика.

Игорь откинул голову назад, но затылок его встретился со стеной. Мужчина со вздохом сел на корточки, положил локти на колени и огляделся.

– Вы здесь работаете? – спросил Игорь.

– Ну да.

– Вы можете позвонить кому-нибудь снаружи?

– Связь здесь не ловит, сам попробуй. И смысла кому-то звонить я не вижу. Диспетчер наверняка уже увидел ошибку у себя, и направил сюда электромеханика. Через тридцать минут нас должны вытащить.

Игорь достал из кармана сотовый. Связи действительно не было.

– Мы здесь не задохнёмся? Мы ведь в пластиковой коробке.

– Здесь есть вентиляция. – Мужчина кивнул вверх. В тусклом свете были отчётливо различимы отверстия под потолком.

Снова наступила тишина. Мужчина достал из кармана пачку сигарет, и зубами вытащил одну. Он посмотрел на Игоря и протянул сигареты в его сторону. Игорь помедлил.

– Мы точно не здохнёмся?

– Нет, конечно нет.

Игорь взял сигарету, а за ней и зажигалку. Затянулся и шумно выдохнул.

– Стас. Стас Макерин. – сказал мужчина и протянул руку. Взгляд, который Стас при этом обратил на Игоря, показался тому испытующим, казалось, мужчина внутренне напрягся, но Игорь отбросил эту мысль, даже не дав ей до конца просочиться в сознание.

– Игорь Веллер – Игорь пожал протянутую руку. Он хотел обратиться на «Вы», как привык обращаться ко всем незнакомцам, но передумал.

– Работаешь здесь?

– Обслуга, - сказал Стас, – Тебя я знаю. Ты здесь проводишь концерт. Видел афишу внизу.

– Ага.

– Успел допеть?

– Я сам не пел. У меня ученицы выступали сегодня.

Игорь ожидал вопроса о ученицах, но его не последовало. Возможно, Игорь слишком привык давать интервью.

К лифту подошла девушка. Не поднимая глаз от телефона, она нажала на кнопку вызова, и снова уставилась на экран мобильника. Некоторое время она перебирала пальцами по сенсорному покрытию, но заметив, что лифт не приходит слишком долго, снова обратила своё внимание на кнопку вызова. Та не горела, как бывало обычно, после того, как лифт вызван на тот или иной этаж. Девушка снова нажала на кнопку, но та не загорелась. Рядом с дверьми лифта, девушка увидела объявление гласившее: «ЭТОТ ЛИФТ НАХОДИТСЯ НА ОБСЛУЖИВАНИИ В «ЛИФТМОНТАЖ+», ПО ВСЕМ ВОПРОСАМ ОБРАЩАТЬСЯ ПО ТЕЛ. 614-813».

Девушка набрала номер. Трубку подняли оперативно.

– Здравствуйте, - начала было она, - ваш лифт кажется, остановился. Мы находимся в…

– Чёрт бы вас побрал с вашей «Венерой»! Вы время видели?!?! – раздался грубый мужской голос, - если это розыгрыш, то ей богу я…

Девушка быстро оборвала разговор. Проверила номер. Набран верно. Ещё раз ей звонить не хотелось.

Никто не приходил на помощь. Игорь убедился в том, что прошло уже больше получаса, взглянув на экран мобильного. Он протиснулся мимо Стаса, и забарабанил кулаком по двери.

– Есть кто-нибудь здесь?! Мы застряли!

Бесполезно. Игорь упёрся в дверь головой и беспомощно хлопнул руками по бёдрам.

– На, – в безжизненном свете блеснула бутылка. – Для храбрости.

Игорь, взял бутылку и повертел в руках. Это была водка. Небольшого объёма, в двести пятьдесят грамм, пузырёк. Нервными движениями он открутил крышку и сделал глоток. Алкоголь, явно дешёвый и горький обжог горло. Порция крепкого, приятно ошпарила лицо.

– Я видел, как тут люди застревали. Механик едет с другого конца города. Или ты думал он на крыше сидит?

Игорь поразмыслил, затем ответил:

– Вообще-то да.

После недолгого молчания они рассмеялись. Или Игорю показалось, что смеялись они оба. Он передал бутылку Стасу, тот вроде бы приложился как следует. Втянув ноздрями воздух через рукав куртки, Стас потёр глаза ладонями.

– Давно я не накидывал, скоро развезёт – С этими словам, он снова передал бутылку Игорю.

Приятное время препровождение продолжалось, пока бутылка не опустела. Они не молчали. Игорь, кажется, выкладывал незнакомцу всё, что было в голове, словно высвобождая память от хлама. Стас слушал по большей части молча. Сделав последний глоток, Игорь отбросил бутылку на пол. Стас, встал и, пошатываясь, прошёлся по кабине, разглядывая потолок.

– Что ты делаешь?

– Ищу люк.

– Думаешь вылезти? – усмехнулся Игорь.

– Почему нет? – ответил Стас – хочешь, сиди дальше, а я домой хочу.

С этими словами, Стас начал ладонями обшаривать потолок кабины. Игорь осознал, через лёгкую алкогольную завесу, что разговор серьёзный, встал, и тоже начал всматриваться в темноту над головой. Наконец Стас, что то нащупал, ударил обеими руками по потолку. Образовалось прямоугольное отверстие, и в кабину забрезжил тусклый свет.

– Давай подсажу – Стас отстранился от отверстия,– Там увидишь двери из шахты в коридор. Туда можно вылезти.

Игорь повернулся к Стасу спиной и через мгновение, уже наполовину высунулся из кабины. Наклонившись вперёд и подтянув ноги, Игорь выбрался на «крышу» лифта, как про себя он её называл, и нетвёрдо встал на ноги.

3.

Последний раз Стас покинул отчий дом, шикарный особняк, в четырнадцать лет, с кухонным ножом, зажатым в кулаке. Глаза сестры были наполнены большими каплями слёз. Он окинул это нежное, любящее существо тяжёлым взглядом. И ушёл на много лет.

В последующие годы, которые Стас провёл в колонии, единственным лучиком света в тёмном царстве его мыслей была маленькая сестричка Наташа.

Стас и Наташа составляли редкое исключение из правила, гласящего, что родные брат и сестра терпеть друг друга не могут. По утрам Стас будил сестрёнку щекоткой, отчего звонкий детский визг и мальчишеский смех заливали пространство дома. Ни что не могло их разлучить, так Стасу тогда казалось. Он впервые осознал, что значит ответственность за другого человека, когда Наташа отправилась в первый класс, и Стас составлял её обязательное сопровождение. Такая хрупкая и при этом яркая, как отражение солнечного света от морских волн, белокурая девчушка в дождевике, шлёпающая босоножками по лужам, Наташа была ответом всему серому и невзрачному, что Стас видел в этом мире. В определённой степени Наташа была для Стаса таким же щитом, как и он для неё. В её присутствии Стас редко бывал угрюмым, а если даже такое и случалось, то она либо находила способ развеселить брата, либо начинала так сильно ему сочувствовать, что сама ревела навзрыд, и тут уж Стасу приходилось находить в себе силы для улыбки, чтобы успокоить родного человечка. Но от настоящей темноты, холодного мрака в сердце, даже она не могла защитить Стаса.

Лезвие ножа предназначалось старшекласснику, ожидавшему на улице. Нож вошёл по рукоятку в живот обидчика. Стас сделал шаг назад, и с размаху ударил остолбеневшую жертву по голове кулаками, сложенными в замок. Парень упал на колени и больше не шелохнулся.

Позже родители никак не могли взять в толк, откуда в их сыне столько жестокости. Ведь это даже не злоба. Уличные мальчишки, ставшие свидетелями убийства, говорили, что лицо Стаса выражало полное спокойствия, хотя вид в целом и был болезненным. Движения убийцы были чёткими и хорошо обдуманными.

Следующие годы Стас Макерин провёл в колонии для не совершеннолетних. Там он вывел для себя нерушимое правило. «Относись к себе жёстче, чем жизнь, и тогда ничто не сможет тебя сломить». Вечерами, ни на кого не обращая внимания, Стас лупил кулаками о стену камеры, затем приступал к отжиманиям. Он выработал для себя режим, такой, чтобы был строже, чем тюремный. Никому и никогда он ничего не прощал, выжигая в себе сострадание и сочувствие. Так, к окончанию срока, он сформировался тем, человеком, каким ему суждено было остаться до конца своих дней.

Высылаемые родителями деньги Стас откладывал, и это позволило ему, найти работу после освобождения и продержаться до первой зарплаты. Домой он так и не вернулся.

Последние несколько лет Стас трудился электромехаником. От семьи не было никаких вестей, да он и сам не стремился к воссоединению.

Стас как раз возвращался со смены, и застал Наташу на лестничной клетке. Сестрёнка выросла в красивую девушку, и он с трудом узнал её. Всё те же белокурые локоны, только теперь не забранные в нелепый хвостик на макушке, а развивающиеся до упругой груди. Глаза серого цвета, с изумрудными крапинками, большие, способные загипнотизировать любого кто в них заглянет. Наташа ростом, наверное, уже превосходила самого Стаса. Она была одной из тех девушек, в которых красота угадывается, даже если ты увидел такую из далека, не успев разглядеть даже черты лица. И уж конечно не у каждого хватит смелости заговорить с таким ангелом.

Наташа Макерина сидела на коленях у двери его квартиры, облокотившись о стену плечом и … спала? Подойдя ближе, Стас почувствовал запах алкоголя. В тот момент, он ещё думал, что это бездомная или наркоманка, но заглянув в лицо девушки, узнал родные черты. Может быть, он был прав в обоих случаях.

* * *

Стас постоял немного, вздохнул и взял девушку на руки. Неловко открыв дверь одной рукой, он внёс её в квартиру и положил на свою кровать. Это напоминало ему моменты из детства, когда он также заносил её в комнату после долгих заседаний и у экрана телевизора.

Снова остановился в задумчивости и отправился на кухню.

На следующий день, вернувшись с работы, Стас увидел, что сестра уплетает макароны по-флотски, которые он приготовил. Забрезжившая радость сменилась горечью. Он отметил, что лицо сестрёнки по-прежнему бледное, движения вялы, взгляд поникший.

Он сел подле неё. В груди его рождалось чувство, которое он не мог описать. Оно было совсем забытым, будто бы слабым отголоском сильных, всепоглощающих эмоций. Наверное, Стас ещё не осознавал, кто перед ним, слишком маленькой он видел Наташу последний раз.

Она заговорила. Не спеша, без эмоций. Она просто излагала. Наташа была сломлена. Губы её подрагивали при каждом движении, а руки постоянно перебирали кухонные принадлежности, лежавшие на столе. Тогда то, совсем не в кабине лифта, и не в коридоре гостиницы, Стас познакомился с Игорем Веллером.

Наташа любила Веллера. У них с Игорем был бы шанс остаться вместе, если бы не её ничтожно малый талант к вокалу. По крайней мере, так Наташа считала. Она просто говорила, и лицо её было непроницаемым, как туман холодным осенним утром. Глаза смотрели на Стаса, но в глубине их отражался Веллер. Сестрёнка рассказывала о шумных празднованиях после концертов, и о том, что было, когда они оставались наедине в ЕГО номере гостиницы.

Холодные тонкие пальцы сжали руку Стаса. Наташа просила помочь ей, сама не зная в чём, толи вернуть Игоря, толи забыть. Стас как мог мягко попытался объяснить ей положение вещей. Он обращался с Наташей так, как будто она была давно потерянной драгоценностью, которая неожиданно нашлась. И теперь Стас не мог позволить себе снова её потерять.

Он попытался донести до её раненого сознания, мысль о том, что Игорь Веллер пользовался ей. Этому уроду было наплевать на её чувства. Фактически он был педофилом. Стараясь не обидеть сестру, Стас объяснил, что в силу возраста, она ещё не может разобраться в своих чувствах. Наташе не повезло найти свою первую любовь таким образом. Но они во всём разберутся. Вместе научатся залечивать раны.

Сделав паузу, Стас добавил, что с развлечениями Игоря Веллера пора заканчивать, пока ещё одна девочка, не стала его жертвой.

Наташа смотрела на него в упор, без выражения. Затем с почти неуловимым кивком опустила голову. Складывалось ощущение, что она заранее знала его реакцию. «Все взрослые так говорят. Вы не сможете понять мои чувства», - так, наверное, она сейчас думала. Это ранило Стаса, но он всё равно старался уловить каждое мгновение, проведённое с ней, сохранить его в памяти, как нечто священное.

Решив немедленно позвонить родителям, Стас пошёл к кровати и, покопавшись в сумке Наташи, нашёл сотовый. И тут он услышал звук… Точнее он его почувствовал. Такой же знакомый, как отголоски эмоций, которые он всего пару минут назад пытался уловить. Войдя в кухню, он увидел её тело. У ног Наташи лежал кухонный нож в крови и остатках пищи.

* * *

Спустя год, Стас прошёл обучение и, получив удостоверение электромеханика, устроился в компанию обслуживающую лифтовое оборудование. Пришлось переехать в другую квартиру, ближе к «Венере», чтобы его назначили ответственным за лифты гостиницы.

Теперь Стас знал график Веллера лучше его самого. Стас выбрал день и начал готовиться. Непреодолимой силой он приближал встречу с Веллером, как паук, движущийся к добыче по нитям паутины.

За день до концерта, на котором должны были быть представлены таланты, собранные Игорем Веллером, Стас отключил лифты гостиницы от пульта диспетчерского контроля. Затем он напечатал таблички, с номерами телефонов своей компании, но номера намеренно указал неверно.

Оказавшись в машинном помещении, он сознательно привёл всю электронику обоих лифтов, находившихся в здании гостиницы «Венера» в аварийное состояние. В этот момент, на экране диспетчерского пульта должно было появиться сообщение об ошибке, но этого не произошло.

Покинув машинное помещение, Стас наклеил на двери шахты на каждом этаже сообщение, уведомляющее постояльцев, что им, к сожалению, придётся воспользоваться лестницей, так как лифты находится на ремонте.

Двери банкетного зала гостиничного комплекса «Венера» распахнулись, и в образовавшемся проёме появился Игорь Веллер. Когда он подошёл к лифту, Стас облокотился на дверь, словно что-то разглядывая, и сорвал собственное объявление. Игорь вошёл в кабину. Стас проследовал за ним. Двери купе сомкнулись.

4.

Воздух в шахте был пропитан запахом сырого кирпича и пыли. Шахта была рассчитана на два лифта, один из которых был выше примерно на два этажа, так что слева от Игоря разверзлась, тускло освещенная пропасть. Веллер не стал смотреть вниз и вперил взгляд в кирпичную стену. Тут его мысли наткнулись на препятствие: «почему здесь стена?». Опасаясь головокружения, Игорь медленно поднял взгляд вверх, словно изучая каждый кирпичик шахты. Высоты он не боялся, прыгал и с парашюта и с моста, за что СМИ прозвали его «адреналинщиком», но сейчас координация , нарушенная алкоголем и неожиданной тревогой, могла подвести.

Гораздо выше, чем Игорь мог бы дотянуться, даже если бы прыгнул (что он строго запретил себе делать), находились двери шахты. Подумать только, всего десять сантиметров металла отделяли Игоря от коридора, залитого тёплым ярким светом. Но эта черта была недосягаема.

За спиной Игорь услышал шум, свидетельствующий о том, что Стас тоже выбрался в шахту.

– Двери слишком высоко. – сказал Игорь, - мы сможем открыть их если …

Ворот куртки схватили два крепких кулака и со всей силы направили голову Игоря в сторону кирпичей. Он попытался отвернуть лицо. Нос его, встретившись с холодной каменной поверхностью, хрустнул, и красивую белую рубашку залила кровь. Ещё один удар.

Игорь сориентировался. Он попытался достать кулаком до лица Стаса. Стас не мог этого позволить. Нельзя было допустить, чтобы на костяшках Веллера остались ссадины – это могло навести на мысль о борьбе. Стас отклонился в сторону, и нанёс прямой удар ладонью по затылку жертвы. Лбом, Игорь снова врезался в стену. Звук был такой, будто проломили пустую картонную коробку. Веллер начал терять сознание. В этот момент, Стас развернул его к себе и сжал Игорю виски ладонями.

– Наташа Макерина – прорычал Стас, - ты помнишь, кто она? Ты можешь её вспомнить?

Глаза Игоря блуждали по лицу Стаса. Он не понимал, чего от него требуют, если вообще осознавал ситуацию. Стас сунул руку во внутренний карман куртки и вынул фотографию.

– Узнаёшь её? – Стас старался не сорваться на крик, но всё в нём взывало к этому.

Взгляд Игоря сфокусировался на изображении. Он понял, чего от него хотят. Он посмотрел в глаза девушки, улыбающейся с фотографии. Осмотрел тело. Он бы взял её в ученицы уже только благодаря внешности. Игорь понял, что за человек перед ним. Такой же, жалкий неудачник, ничего не добившийся в жизни. «Они вечно чего-то хотят от меня… хотят украсть … моё!». Ненависть, заклокотала в тускнеющем сознании Игоря. Он хотел сделать больно «им всем. Мучить их, ради развлечения. Издеваться. Разделывать на живую, как свиней...»

Игорь Веллер перевёл взгляд на Стаса, стараясь заглянуть в самую душу, чтобы уколоть поострее, и вяло двигающимися губами, выговорил как можно твёрже:

– Я её не помню.

Стас Макерин издал вопль раненного зверя и с размаху швырнул Игоря в шахту. Игорь плечом шаркнул о стену, что развернуло его лицом вниз, и исчез из виду Стаса.

Бетонного дна шахты видно не было. Только тьма. Игорь нёсся ей навстречу. Он не кричал, потому что не боялся. Он ненавидел весь этот мир, и раз эта тьма была его частью, он хотел прорвать её своим телом.

Падение было недолгим. Стены шахты эхом отразили звук глухого удара. Свод черепа Игоря проломился от соприкосновения с бетоном, грудная клетка превратилась в подобие смятой офисной бумаги. Позвоночник переломился, от чего спина Игоря согнулась под острым углом. От коленей и стоп остались только осколки. Превратившись в жуткого монстра, которым пугают детей, Игорь стих в темноте. За ним, расстояние от лифта до дна шахты преодолел плевок и разбился о затылок чудовища. Капля стекла по лицу Игоря, обойдя залитые кровью, уставившиеся в пустоту глаза.

Стас постоял немного, и спустился в кабину.

* * *

«Погиб известный певец Игорь Веллер.

Об этом стало известно утром. Как сообщает наш корреспондент, И.А. Веллер разбился вследствие падения в шахту лифта. По предварительным данным следствия, после остановки лифта, Игорь Веллер предпринял попытку выбраться. Не удержав равновесия, артист сорвался в шахту. Смерть наступила от тупых травм головы, полученных при падении. Так же в пользу этой версии говорит то, что в крови погибшего был обнаружен алкоголь.

Находившиеся в здании гостиницы дети, чьё обучение проводил Игорь Веллер, в данный момент направлены к своим семьям. Сообщается, что сотрудники полиции не планируют возбуждать уголовное дело, так как состав преступления отсутствует. Следов, того, что кто-либо находился в кабине вместе с певцом в момент трагедии не обнаружено...»

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Сергей Шелкошитов

Родился в 1994 г. Учится в Северо-Кавказском Федеральном университете (Ставрополь). Работает юрисконсультом. С детства влюблён в литературу. Ценит язык и историю, поэтому пристрастия к какому-т�...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ШАХТА. (Проза), 168
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru