Проза
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

Елена Сафронова

г. Рязань

ВЕЧНЫЙ СТАРЛЕЙ

Рассказ

Стоит моему мужу чуть выпить – на День защитника Отечества, на День России, на день Парижской коммуны, – он тут же вспоминает службу в армии лейтенантом (после института с военной кафедрой) в воинском подразделении, которое иначе как Чертокуличковским гарнизоном Ишкитымской области не называет.

Заодно воспоминает и человека, что помог ему пережить два года срочной службы легче.

Это старший лейтенант Верхняков, по армейскому статусу – «вечный старлей». Персонаж настолько неуязвимый, что кажется русским воплощением бравого солдата Швейка.

Истории про старлея Верхнякова можно слушать бесконечно.

Муж их обычно начинает с первого знакомства.

«Прилетаем в Чертокуличковский гарнизон, распределяемся в военный городок. Посреди степи стоит двухэтажное страшно обшарпанное здание, половина квартир в нём пустует. Подполковник Мандалеев, командир части, отдаёт приказ: заселяйтесь, квартиры выбирайте себе по вкусу, большие не берите, мыть забодаетесь. Заселитесь – идите знакомиться со старшим смены, квартира такая-то. Ладно. Выбираем однушки, осваиваем. Так как получили приказ командования завести знакомство со старшим смены, идём к нему. Я и мой товарищ по срочной службе (в самолёте познакомились) Тюлькин. Поднимаемся на этаж. Звоним в квартиру. Нам долго не открывают, но за дверью слышна какая-то возня. Наконец дверь распахивается. Человек с улыбкой и жутким шрамом на щеке приглашает зайти. Представляется старшим лейтенантом Верхняковым. Мы ему отрекомендовываемся. Он кивает на кресла в единственной комнате – она же гостиная, она же спальня – присаживайтесь, мол! Сейчас, говорит, будем знакомиться. Выходит. Опять чем-то шуршит, скребёт, грохает… Вкатывает в комнату стиральную машинку системы «Сибирь» – с большим круглым баком для полоскания белья. И торжественно произносит: «Будем знакомиться!».

Мы с Тюлькиным языки проглотили. Не можем понять – то ли у него бытовая техника сломалась, а он починить не в состоянии, то ли хочет нас познакомить с трудностями спартанского быта, когда самому приходится себе стирать, готовить, воротнички подшивать… Попали пальцем в небо! У старлея Верхнякова была замечательная жена. Она ему и стирала, и готовила, и воротнички подшивала. Просто на той неделе, когда мы прибыли в часть, мадам Верхнякова отбыла в европейскую часть СССР навестить своих родителей. А сам Верхняков употребил стиральную машину по прямому назначению.

В ней была бражка. Полный бак. Эту дозу старлей Верхняков счёл еле-еле достаточной для знакомства с молодым пополнением части.

Не самая кристальная, прямо скажем, бражка оказалась. Вообще, после пятого литра и французский коньяк не слишком-то полезен… А нам с Тюлькиным ведь с утра на дежурство! Небо Родины защищать! Чертокуличковский гарнизон специализируется на радиоразведке. Поставляет данные частям противовоздушной обороны. У дежурного офицера куча обязанностей по защите неба Родины. Согласно тем обязанностям, офицер весь состоит из глаз и ушей, которые отдыхают по очереди, а пуза у него вовсе нет, и жрать ему не обязательно. И голова у него отсутствует. Ему голову заменяет приказ старшего по званию. А если она есть, то кость, и болеть там нечему. Но с этой истиной мы на следующее утро после верхняковской бражки были готовы поспорить.

С истиной можно поспорить, а с уставом – нет. Поэтому приползаю я на службу, весь приятного защитного цвета, в один тон со своей новёхонькой формой. И собираю все силы, чтобы отрапортовать тому, кого сменяю: «Лейтенант Ордатов на боевое дежурство прибыл и готов защищать небо Родины!». Произношу установленную формулу и шарю глазами – кому я честь-то отдаю? Кому о своей готовности докладываю? Живых в центре управления радиоцентром не наблюдается. Только на командном пульте управления бугрится нечто тёмное…

Старлей Верхняков, которому дежурство предстояло в ночь после наших посиделок с бражкой, сладко спал на командном пульте управления. Приучил себя дрыхнуть по стойке смирно и никакой частью тела не задевать рычажков. Через три процедуры сдачи-приёма дежурства я понял, что старлея Верхнякова поднимала с пульта только троекратно повторённая мантра: «Глядь, небо Родины!». Тогда он, не открывая глаз, садился на пульте, ладонь кидал к виску и отвечал: «Небо Родины в безопасности!». И шёл досыпать домой, опять же с закрытыми глазами. Говорил: сапоги дорогу знают.

Старлеем Верхняков ходил уже десятый год, и перспективы получить ему следующее звание не светило. Подполковник Мандалеев, командир части, лично ненавидел его крупнокалиберной ненавистью. Это светлое чувство было того же масштаба, что «любовь» и «уважение», питаемое всеми офицерами и солдатами гарнизона в совокупности к самому Мандалееву.

Советская армия многонациональна, но иногда случаются перегибы. Подполковник Мандалеев, выходец из глухой татарской деревни, постоянно напоминал нам об ужасах монголо-татарского ига. Потому единственный случай публичного позора Мандалеева напомнил нам Куликовскую битву и был признан справедливым возмездием.

Под Новый год в гарнизоне устроили русскую баню. Подполковник Мандалеев, на словах крупный знаток банного искусства, выкушал бутылку из горла в предбаннике, разоблачился, ополоснул телеса в душевой, тщательно намылил все свои выпуклости душистым мылом – и полез на верхнюю полку в парилке. Эту честь – первый пар – с ним удостоились разделить только несколько человек высшего командного состава. Офицеры помладше толпились в предбаннике, тоскливо ожидая, пока старшим надоест кайф…

В бане вдруг страшно загрохотало. Подполковник Мандалеев вывалился на собственном организме из парной и застыл посреди кафельного пола предбанника. По его лицу нельзя было сказать, что кайф ему надоел. Он не понимал, что произошло. С перекошенной от ярости физиономией он осведомился у голых младших офицеров, оцепеневших в комических позах – одной рукой мы прикрывали срам, другой отдавали честь, и горячо жалели, что у нас нет третьей, чтобы зажимать прыскающие помимо нашей воли рты:

– Какая глядь намылила все лавки?!

Из бани раздавался слаженный гогот. Ни спереди, ни сзади подполковника Мандалеева никто не отвечал на его запрос. Он разъярился пуще, вскочил и вернулся в парную. Там смех тут же погас, как выключенный, зато в предбаннике все дали себе волю. Мандалеев высунулся назад – и мы засунули во рты кулаки, чтобы не гоготать.

Все, кроме одного. Не перестал ржать старлей Верхняков.

– Это не мы лавки намылили, а ты задницу себе намылил, вот и спикировал, как горный орёл! – объяснил он Мандалееву.

Вот как после такого мог к вечному старлею относиться командир части?

Мандалеева боялись. Мало того, что он был высший начальник в нашей глухомани – он был ещё гремучей смесью тупости, хитрости и подлости. Ему остерегались возражать и открыто противостоять, зная, что он после не единожды за Можай загонит. А ведь этот случай, когда Вешняков затыкал Мандалееву рот, был далеко не единственным! Верхняков свято руководствовался принципом лейтенанта: «Дальше Кушки не пошлют, меньше взвода не дадут!». И не боялся, когда Мандалеев спрашивал с него, почему не выполнено то-то задание или проиграны те-то учения.

Раз он объяснял Мандалееву принцип действия радиопередатчика. Разжевал, как ребёнку, трижды, но все его «лекции» разбивались о начальственную тупость и требование:

– Брось выпендриваться и пальцем покажи!

– Да пошёл ты на буй! – с облегчением сказал Мандалееву Верхняков. И на немое апоплексическое изумление пояснил:

– Я тебе раз рассказал, как работает радиопередатчик, два, три. Это седьмой класс школы. Ты не понимаешь. Значит, ты тупой. Что мне тебе – четвёртый раз повторить? Да пошёл ты на буй!

Когда я служил срочную, ещё продолжалась война в Афганистане. Люди, побывавшие «за речкой», «на юге», в наших глазах и в глазах всех жителей СССР были неподдельными героями.

Мы с Верхняковым отправились в увольнение в Ишкитым. Зашли, естественно, в пивную. Смуглый Верхняков с колоритным шрамом поперёк щеки и в военной форме привлёк к себе внимание. По одному, по два к нам подтянулось человек десять, расселись кругом, якобы сидят сами по себе. Наконец один из вновь прибывших отважился спросить Верхнякова:

– Братан, ты с юга?

– Да, – лаконично обронил Верхняков, глядя в почти пустую кружку пива. Тут же вокруг него десяток рук благоговейно утвердил десяток полных кружек. Верхняков, по-прежнему глаза в пол, сцапал ближайшую, сдул пену, степенно отпил…

– И как там? – трепетно поинтересовался тот же голос. Верхняков помедлил с ответом.

– Жарко! – провозгласил он и сделал гигантский глоток.

…Верхняков был родом из Ташкента. Шрам на физиономии он заработал, едучи по пьянке на велосипеде и не сумев обогнать троллейбус.

Капитана он получил за несколько дней до того, как кончилась моя срочная служба. И был переведён куда-то поближе к месту рождения».

…Когда я слушаю про старлея Верхнякова, мне очень хочется познакомиться лично с этим человеком, в своей персоне воплощающим весь абсурд и грубость армии и идеи войны. Однако этому мешает почти мистическое обстоятельство. Муж заканчивает рассказ обидой: демобилизовался, приехал домой, в первый же год послал всем армейским товарищам письма на 23 февраля, поделился своими новостями, спросил об их делах, особенно о капитане Верхнякове… Ему, конечно, тоже написал. Не ответил никто. Мужу кажется: это оттого, что кадровые военные к «пиджакам» относятся не всерьёз. Но я думаю, всё сложнее.

Быть может, капитан Верхняков и на самом деле новая ипостась бравого солдата Швейка? Неунывающий литературный герой и персонаж фольклора? Как же сказочный герой может отвечать на письма из материального мира?..

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Елена Сафронова

Родилась в Ростове-на-Дону. Окончила Историко-архивный институт РГГУ. Прозаик, литературный критик-публицист. Постоянный автор литературных журналов «Знамя», «Октябрь», «Урал», «Бельские пр�...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

'ЗВЕЗДНОЕ КОСМИЧЕСКОЕ БРАТСТВО…' (Критика), 173
ВЕЧНЫЙ СТАРЛЕЙ. (Проза), 169
ИРОНИЧЕСКИЕ СТИХИ. (Юмор), 67
ЖИТЕЛИ НООСФЕРЫ. (Юмор), 64
ЖИТЕЛИ НООСФЕРЫ. (Юмор), 63
ЖИТЕЛИ НООСФЕРЫ (часть первая). (Юмор), 62
ЛЮДЯМ ЭТОЙ ПРОФЕССИИ НЕСКОЛЬКО НИЖЕ... (Публицистика), 57
ИННА МОЛЧАНОВА: Я ДАРЮ ТЕБЕ СВОЕ НЕБО. (Публицистика), 57
КОКТЕБЕЛЬ: СЮДА НЕ ЗАРАСТЕТ НАРОДНАЯ ТРОПА. (Публицистика), 54
"ПОРЯДОК СЛОВ", ИЛИ РЕЧЬ БЕЗ ПРОПИСКИ. (Публицистика), 53
ПРОЕЗДОМ ЧЕРЕЗ РЯЗАНЬ. (Критика), 53
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru